Сжимая в пальцах простыни, я мечтала лишь о том, чтобы он убил меня, как только закончит. Чтобы мне не пришлось подниматься с этой постели, куда-то идти, кого-то видеть. Мечтала, чтобы меня просто не стало. Так просто, но он не преподнесет мне такой дар, заставит жить с этим унижением.

Все закончилось внезапно, Никаэлас сполз с меня и лег рядом, прикрыв глаза. Казалось, он спит, но я знала, что он просто набирается сил перед тем, как получить дар.

В какой-то момент я поняла, что могу отрешиться от всего, могу поделиться болью, могу отдать свои эмоции. Моё лицо вспыхнуло узорами, и тень отделилась, забирая с собой мои муки. На кровати Никаэласа осталась лишь пустая оболочка.

Даже не раздумывая, я направила частичку себя туда, куда стремилось мое сердце. Мы без труда отыскали комнату Араса. Делегация осталась во дворце на ночь, поскольку завтра Никаэлас планировал перейти к переговорам с королем Клифордом. Свет в комнате наместника горел, я прошмыгнула внутрь и зависла над потолком. Арас сидел в кресле, положив локти на колени, а голову на сомкнутые пальцы. Сейчас я ощутила неудержимое желание коснуться его, провести рукой по щеке. Как странно. Я все еще чувствовала Никаэласа, его руки на груди, его губы на коже, но глядя на Араса, мне стало чуточку легче. Я уже не смогу предстать перед ним лично, не выдержу его взгляда, но тень это другое. Она выдержит все.

Мужчина встал, сжал кулаки, дошел до двери, застыл перед ней. Что именно его терзало? Как бы хотелось знать…

Арас приложил ладони к дереву и уткнулся в него лбом, снова сжал кулаки. Он сдерживал себя, но выходило не очень. Что он задумал? Когда его рука легла на ручку двери, моя тень сорвалась вниз и возникла перед ним. Макгигон не ожидал подобного, удивленно отпрянул, присмотрелся.

— Ария…? — он был поражен. — Ты…, ты здесь?

Тень отрицательно мотнула головой. Лицо Араса озарила догадка, а потом боль, жгучая, неприкрытая. Он схватил резной стул и в приступе ярости ударил им об стену. Обломки разлетелись в разные стороны. Тень моя взмыла к потолку, я подумала, что стоит уйти, но Арас не позволил:

— Стой…, прости…, я, — он вцепился пальцами в волосы, — я не знаю, как быть! Впервые! Ненавижу быть бессильным! Моя ярость это лишь проявление беспомощности. Прости!

Я спустилась, остановилась прямо перед ним. Его страдания напрочь отдалили меня от произошедшего в спальне Никаэласа. Вот, кто волновал меня, вот кто трогал мое сердце.

— Если бы я мог…, как — то утешить…, - прошептал он. — Если бы мог все вернуть…, я бы не отпустил тебя…, не отдал ему… Будь проклята моя злость!

Как же сказать ему, что он, к сожалению, ничего не решает? Мы принадлежим разным мирам, он должен защищать свой — а я свой. Что бы он ни сказал, что бы ни сделал там, в Мираносе, это бы ничего не изменило. Возможно, чуточку отсрочило, но не изменило. Рано или поздно, Никаэлас нашел бы меня, рано или поздно я бы оказалась именно там, где было мое тело. Судьба — всегда возьмет своё! Но эта частичка меня не умеет говорить.

Арас смотрел на тень, а мне казалось, что он видит меня насквозь, будто смотрит прямо в душу. Словно загипнотизированная этим взглядом, я протянула руку. Знала, что не почувствую тепла под пальцами, но движениями руководило лишь желание. Он не отпрянул, не отстранился, только сжигал огнем, пылавшим в медовых глазах. В этот миг все изменилось. Теперь мое тело там, в другой комнате, ощущало дрожь от близости Араса. Как такое возможно? Этот горящий взгляд сбил мое дыхание, вызвал приятную волну, спустившуюся в низ живота. Я чувствовала каждый удар собственного сердца, которое билось для него.

Внезапно, я поняла, что Никаэлас пробуждается. Моя тень отшатнулась, закрыла руками лицо. Арас все понял, снова разозлился. Мне нужно было возвращаться — моя магия звала. Тень метнулась к двери.

— Постой! — воскликнул Арас. — Не уходи…, останься здесь…, со мной…

Я успела лишь качнуть головой, а потом тень стремительно вернулась в мое тело. Придя в себя, я снова прочувствовала все, что здесь произошло, и теперь уже дала волю слезам. Никаэлас все еще лежал рядом со мной, тяжело дышал. Мое тело ныло от близости с ним и горело от нарастающей магической активности. Я резко села, ощущая, как сила рвется наружу. Мой муж хищно улыбнулся и тоже поднялся на кровати. Под кожей все горело, бурлило и кипело. Дар покидал меня. Лицо окрасили рисунки, глаза осветила лазурь. Никаэлас схватил меня за руку и больно стиснул, так, что я взвизгнула. Он сжимал до тех пор, пока не увидел, как дар пополз по коже, направляясь к нему. Всего несколько коротких мгновений и я простилась с чудом, которое даровали мне предки.

Никаэлас с удовольствием впитал дар, а потом решил им воспользоваться. С ним происходило почти то же самое, что и со мной, когда я заглядывала в прошлое, только его рисунки стали черными, поскольку и намерения не были светлыми.

— Расскажи мне, Ариэлла, что таит твое прошлое? — усмехнулся он и последнее, о чем я подумала, прежде чем меня затянуло в омут, это то, что он не должен узнать о магах, живущих на землях Макгигонов.

Но одного желания мало, даже мне не удалось скрыться от дара — видеть прошлое. Никаэлас увидел всё, что могло погубить Араса и его отца, да и самих магов, давно покинувших Ильмас и Листрок.

— Вот это поворот, — засмеялся Никаэлас, освободив мой разум. — Как интересно!

— Что тебя так забавляет? — рассердилась я.

— Твой друг сам вырыл себе могилу, — Никаэлас схватил меня за плечо и притянул к себе, приближая свое лицо к моему. — Теперь и его жизнь в моих руках! Его и его отца!

— Ты не посмеешь!

— Чего? — злобно крикнул он. — Чего не посмею? Ты будешь гнить на каторге, а Миранос я растопчу! И твой дружок мне в этом поможет!

Я ужаснулась, попыталась вырваться из хватки, но муж крепко держал меня подле себя.

— Ты даже не представляешь, насколько облегчила мою задачу!

— Зачем тебе Миранос? Ты никогда не проявлял интереса к другим землям, что изменилось?

— А это уже не твоего ума дело! — усмехнулся он и отшвырнул меня. — Ты свою роль исполнила, и подарила даже больше того, что я ждал. Спасибо, милая. Вечером тебя отправят в Картуш, там ты будешь служить своей стране, добывая корни Барлины.

— Мои родители? — спросила я, прежде чем он ушел.

— Ты можешь отправить их в Миранос, но и там я вскоре их настигну, — я еще слышала его смех, когда он закрыл за собой двери и зашагал по коридору.

Не знаю, сколько я прорыдала на полу, ненавидя и стыдясь саму себя. От рыданий даже дышать стало тяжело, голова разрывалась на части, мешая думать. Я уничтожила Араса и его отца, позволила Никаэласу найти рычаг давления.

— Майя! — воскликнула я. — До вечера я должна успеть рассказать ей, пусть передаст Арасу…

Я вскочила на ноги, собрала одежду, оделась и бросилась к двери, но она оказалась заперта. Как бы я не старалась, какую бы магию не использовала, она не поддавалась. Спустя полчаса и десяток бесплодных попыток, я осела на пол и снова заплакала.

16

16

Майя приходила, чтобы принести обед, сегодня она снова работала на кухне. Ее руки, покрасневшие и немного опухшие, покрылись мелкими волдырями, словно ее заставляли работать в кипятке. Я снова увидела следы побоев. Но моя подруга улыбнулась мне, как только вошла. Она поставила еду на столик и помогла мне подняться, бросив презрительный взгляд на смятую постель, к которой я более не приближалась. Стоило ей ласково заглянуть в мои глаза и сочувственно сжать пальцы, как я снова разрыдалась, но не только из жалости к себе, еще и от того, что Майе приходится проходить через все это вместе со мной.

— Я попрошу Никаэласа отпустить тебя в Миранос, — сказала я, разглядывая ее пальцы. — Сегодня вечером я уеду, ты более не сможешь находиться рядом.

— Я не могу покинуть Ильмас, не оставлю тебя…

— Ты не оставляешь, ты помогаешь мне! — мне нужно было правильно подбирать слова, чтобы она согласилась. — Арас заберет моих родителей, помоги позаботиться о них. Отвези их в наш домик в Ностофе.

— Ария…, я не хотела бы покидать тебя…, - вот и на ее глазах выступили слезы.

— Ты уже очень много сделала для меня, милая, — я постаралась взять себя в руки, чтобы Майя видела, что я не раскисаю. — Сделай и это. Уходи с Макгигонами. В Мираносе тоже будет нелегко. Никаэлас знает о магах!

Девушка тут же вскинула голову, слезы почти сразу высохли. Она понимала, что это значит.

— Я не знаю, как именно, он воспользуется этой информацией, но ты должна, прежде всего, рассказать об этом Арасу и его отцу! Никаэлас что-то замышляет, он нацелился на Миранос! Пусть Арас будет осторожен, будет готов.

— Если твой муж решит поработить Миранос, ему вряд ли кто-то сможет помешать, — тихо сказала Майя. — Слуги дрожат от одного его вида. Говорят, теперь, после того, как ты отдала ему дар, и он стал законным правителем, его магия несравнима ни с какой другой на этой земле. Арас ничего не сможет сделать.

— Я понимаю, — и это действительно было так. Я понимала, что Арас, да и никто другой во всем Мираносе не сможет противостоять Никаэласу.

— Я расскажу, не волнуйся, — Майя снова сжала мои пальцы, подбадривая, не позволяя отчаяться. — Я так же расскажу ему, о чем шепчутся слуги.