Что-то в этой женщине вызывало у Кейлена дрожь. Он затруднялся сказать, что именно и вызывает ли это у него отвращение или наоборот.
– Ваше величество… Что вы делаете?
– Показываем тебе наш характер, – она хищно оскалилась, затем посерьезнела. – Веди, дралейд.
Айвон остановился, прикрыл глаза и попробовал отдышаться.
«Мне нужно совсем немного. Одно мгновение».
Сильный ветер трепал ему лицо и шею, но он не морщился. Он чувствовал себя так, будто несколько часов просидел у костра. По лбу катились бисеринки пота. Мужчина пошел дальше. Гулкий стук сапог по мощеным дорожкам сопровождался лишь свистом ветра да редкими окриками часовых. Айвон прошел через торговую площадь, нырнул под арку колокольни. Нащупал лежавший в кармане камень.
«Уже слишком поздно. Пути назад нет».
Артур не оставил ему выбора. Сопротивляться Империи было больше нельзя. И гномы не спасение. Их заботят только собственные шкуры. Айвон потрогал шрам на животе – постоянное напоминание о том самом дне. Он кричал им: «Вернитесь! Или пустите меня туда!» Но эти гномы слишком боялись за себя. Они сбежали и утащили его за собой.
«Альяна. Хрис».
Айвон сжал руку в кулак, да так сильно, что ноготь вонзился в кожу, оставив в складке ладони кровавый след. Несмотря на поглощавший его гнев, сердце продолжало сражаться. Чувство вины скреблось в глубине души.
Проходя мимо часовых, Айвон кивнул, но не остановился.
«Мальчик и его дракон в обмен на императорское прощение».
Хороший, честный обмен.
Шаг за шагом он шел вперед. Решимость ему не изменила, однако постепенно его ход замедлялся. Айвон остановился. Каждый вздох давался тяжело.
– Чтоб тебя! – крикнул он; кулак с хрустом впечатался в каменную стену. Мальчик слишком напоминал ему Хриса. – Будь я проклят, боги! Я не могу этого сделать.
Он развернулся. К счастью, колокольня была недалеко. Он еще успеет всех предупредить. Не обращая внимания на боль в уставших коленях, Айвон спешно зашагал по плитам.
«Еще есть время».
Он побежал быстрее.