Но деваться было некуда.

Менее набожные моряки уже со слезами покидали корабль, слезы смывали сажу с их лиц. Всем им было суждено умереть далеко от дома. Все они боялись за свою жизнь и прощались с родными.

Орберезис посмотрел на горизонт: мир вокруг превратился в его худший кошмар. Большинство кораблей пылало ярким, колышущимся пламенем, которое достигало верхушек мачт. Не пострадали лишь два судна.

– Тебе некуда идти, – сказала Гимлор у него за спиной.

Он повернулся к ней, в красках представляя, как ее голова торчит на копье, а тело разрывается в клочья. Она шла к нему, не обращая внимания на происходящее. Она что, совсем не боится огня?

«Вот дерьмо».

– Я – Истинный Бог. Я убью тебя, – сказал он, но даже сам не поверил своим словам. Его голосу не хватало ни убежденности, ни силы. Его руки дрожали, а ноги тряслись, как тростник на берегу реки. Почему сфера никак не реагирует?

– Ну, попробуй.

Сольви вдыхала дым травы, что называлась «Слившиеся близнецы», и чем сильней он проникал в нее, тем быстрей она могла двигаться. Повинуясь ей, дым окутал ее тело и на несколько секунд скрыл ее ото всех – и это время надо было потратить на то, чтоб отскочить в сторону и насадить этого чванливого дылду на острие кинжала.

Нельзя было терять время.

Найти Всевышнего.

Убежать.

Спасти его.

Выхватив из-под мантии кинжал, она рванулась к незнакомцу, но тот крутанулся на месте, и дым вознес его в воздух, а сам он превратился в огромный огненный шар, выжигающий всю комнату.

Она вдруг поняла, какова его сила и почувствовала, как ее брови поползли вверх.

«Он может воспламенять дым».

Это объясняло, как он так быстро сжег «Буреруб». Следовало действовать осторожно.

Вызванный взрывом огонь уже стих, но в четырех бамбуковых стенах еще стоял страшный жар, а потолок мог рухнуть, стоило пламени его коснуться. Нужно было как можно скорее победить этого курильщика и присоединиться к Всевышнему. К возлюбленному.