Я разливала на кухне чай по чашкам. Вася сидел на табуретке и накладывал варенье в стеклянную розетку.

— Мы должны в месяц уложиться, мне на работу надо.

— Зачем ты вообще работаешь? Я ведь так поняла, что деньги у тебя и так есть.

— Это Глеб тебе сказал?

— Он сказал, что это ты дал деньги на его раскрутку Царевича и половина его заработка — твоя.

— Да это так. Но я не хочу выделятся. Это ни к чему… Или тебе хочется роскошной жизни? Хочешь себе дом, как у Царевича? Яхту?

— Нет, конечно — рассмеялась я, — Но если бы можно было не работать, я бы не работала.

— Ты и так можешь не работать, если не хочешь. А я буду.

— За это я тебя и люблю. Ты такой простой. И милый.

Вася заметно смутился. Он потянулся, пожал мои пальцы и принялся хлебать чай.

В ночь после свадьбы мне долго не спалось. Напряжение давало о себе знать. Я встала рано, весь день на ногах… А Вася спал. Он лежал, вытянувшись по струнке, как солдатик, и, казалось не дышал даже. Я ворочалась на кровати часа два три — и за это время он ни разу не поменял позу.

Я встала и отправилась на кухню, попить воды.

— Ты чего?

Я аж вздрогнула и чуть не выпустила стакан с водой из рук.

— Не пугай так, Вася! Конечно, твой талант «быть незаметным», но не надо быть до такой степени незаметным! В следующий раз, если будешь вот так идти ко мне ночью на кухню, то хотя бы топай! Хотя бы кроватью скрипни, когда встаёшь!

Вася рассмеялся.

— Ладно. Буду скрипеть кроватью. Не спится?

— Да.

— А что случилось?

— Не знаю… Все время вспоминаю, как ты сказал, что я только ради Царевича стала птицей.