И мы оказались прямо в эпицентре сражения Глеба и жирного монстра. Глеб уже изнемогал — Глеб был еле жив. Он хромал, он скривился на один бок, его лицо все было сплошным синяком.

Я застыла в ступоре и не знала что предпринять — а Вася сориентировался быстро.

— Получай! — он схватил тяжёлую урну и метнул ею в монстра.

Монстр, взревев, повернулся к нам.

— Бежим! — Вася схватил меня за руку и побежал, хотя и не быстро.

Но скорость особо нам и не требовалась, потому что стоило нам отойти на пару шагов, как монстр перестал обращать на нас внимание и сосредоточился на Глебе, который даже не успел от него отойти — он не успел даже отдышаться.

Вася, взревев от отчаяния снова схватился за урну.

— А где Царевич? — вопросила я.

И, бросив обоих мужчин, я обежала толстого монстра — и увидела Царевича, он распластался на земле, он лежал в промежутке между рядами машин, на его груди сидело мелкое розоватое морщинистое существо. Несколько секунд я была уверена, что все в порядке — монстр же был мелким. Но тут же я поняла, что это не так — у монстра был хобот и этот хобот протянулся прямо к сонной артерии Царевича. Монстр пил его кровь.

— Брысь! — глупо крикнула я и тут же упала.

Потому что меня сбил с ног кто-то небольшой но тяжёлый, кто-то похожий на квадратную кожаную табуретку — а сверху на меня опять налетела птица — скелет головы у неё не было, но были когти…

Я упала на землю — прямо под колеса автомобиля. А другой автомобиль, тот что был по другую сторону от меня взял да и поехал. С нормальной скоростью. Быстро. Видимо, пробка наконец рассосалась. И я только каким-то чудом успела вывалиться на обочину — и вот уже вся колонна ревущих авто неслась мимо, увлекая за собой монстров.

И это был конец нашей битвы.

Потому что пробка рассосалась, машины поехали и Селин уехал тоже. И его монстры растворились в воздухе.

— Рая! Ты как? У тебя все нормально?

Вася прихромал ко мне — Вася меня поднял, затащил на тротуар. Мы сидели, обнявшись, пытаясь отдышаться. И как же я была в этот момент рада, что не одна, что Вася со мной. Я сжала его руку.

— Царевич лежит прямо на дороге. Надо ему помочь.

Вася, невесёло рассмеявшись, крепче обнял меня.

— Да все нормально будет с этой твоей птицей. Царевич уже встал и ушёл с дороги, ты просто этого не видела. Он живучий.

— А Глеб как? Он… жив?