— С дороги устала, — сдерживая раздражение, ровно ответила я, не отказываясь от угощения. Есть захотелось жутко, мы же позавтракали только, да без остановок в Зелень неслись, вот и не удивительно, что проголодалась.
— Ну, ешь-ешь, — пожалела меня она, ловко раскатывая тесто на пирог, — ты, видать тот маг, который девчонок должен вылечить?
Кивнула, отдавая должное хрустящей лепёшке. Божественно! Просто божественно!
— Эх, поздно ты, госпожа маг, прибыла, ежели гадость ту и удастся снять, то кто ж им красоту-то их вернёт?
— Зато живы останутся, жизнь ведь дороже красоты? Вы так не считаете?
— Кому как, кому как… Ты вот маг, на жизнь себе как зарабатываешь? Умениями своими да магией, так вот и девочки эти чем думаешь на жизнь зарабатывают? — отвечать я не стала, да и не требовался женщине мой ответ: — А красотой они своей и молодостью зарабатывают, вот чем! А теперь нет у них красоты, и что с ними будет? Матушка-то первое время поможет им, на улицу не выгонит, но и держать их просто так всю жизнь не будет… Вот и подумай, госпожа маг, подумай.
— Девушки где? — прервала я кухарку.
— На улицу выйдешь, — кивнула она куда-то себе за спину, где дверь на улицу находилась, через которую продукты заносили, — по левой стороне вторая дверь, там ещё Питер стоять должен, один из охранников наших, они там посменно дежурят.
— Благодарю.
Быстро доев и ещё раз поблагодарив, на этот раз за угощения, я поспешила в указанном направлении. Думать о словах кухарки мне не очень хотелось, потому что жизнь я считала самой большой ценностью, а подло её отбирать у совершенно не заслуживающих этого людей было низко, а уж о том, что проклятия были наложены и вовсе с тёмными целями и говорить нечего.
Выйдя за дверь, которая с громким звуком захлопнулась за мной, я едва успела развернуться налево, как почувствовала резкую боль в затылке — перед глазами всё потемнело и сознание покинуло меня.
Глава 29
Глава 29
Зеленоглазый наёмник задумчиво смотрел в окно комнаты, столь щедро выделенной ему и лорду Вериану Мартерийскому. Бросив свои вещи в угол, он немигающим взглядом уставился на танцующие под нежную музыку ветра листья на деревьях, да так и не пошевелился с того момента. Его мысли, подобно листьям, кружились в причудливом хороводе, и Лист пытался выстроить их хоть в каком-то порядке для ясности картины. Потому как то, что происходило вокруг его прекрасной лианэль, заставляло его бессильно сжимать кулаки, не зная в чью наглую морду их впечатать. А ещё присутствие Мартерийского, чтоб ему навеки в бездне сгинуть, без всяких зазрений совести тянущего свои руки к его Рии! Именно к его!