— О, это старая добрая традиция! Мы дерёмся с университетскими! Нас вообще негласно обвиняют в развращении этого славного заведения!

Терн произнёс это с гордостью.

— Битва воли! Схватки среди магов, один на один и толпа на толпу. Кулаки против кулаков. Никакой магии, никаких способностей и заклинаний. Кто остался на ногах, тот и победил. От полиции тоже удирать своими ногами. Нас периодически ловят всех…

— Сорок пять нарушений, у Зориана тридцать, он быстрее бегает.

— А площадь тайного знания, та, что с фонтаном, теперь носит название «площади зубов». Нас гоняют, но не запрещают. Хочешь с нами? Хотя лучше мы сюда, тут денег платят.

Приятели стояли на выходе из университета. Наступал вечер, и фонарщик зажигал газовые фонари. Плыл по воздуху запах угля и выпечки. Возница громко ругался на лошадь.

— А ты всё же подумай, чего этот Монингейт тебя так облизывает?

Терн с Зорианом закурили трубки.

— Может, ему чего-то от Шварца надо?

Дэвид кутался в свой плащ. Его знобило и тянуло в сон, а ещё он страдал от обжорства.

— Может, он думает, что ты сможешь чего-то добиться от старого кузнеца, чего не смог он за все деньги? Такое тут сплошь да рядом.

— В любом случае, пользуйся ситуацией.

Закончил Зориан. Молодые люди растворились в вечернем Левенгарде, полностью довольные жизнью.

* * *

— У меня есть вопросы. Вот первый. Как им это удалось?

От благожелательности Монингейта не осталось и следа.

— Манок. Ритуал ментальной магии. Ранг синий. Делает источник ритуала крайне инетересным для жертвы.

— Как обнаружили?

— Случайно, у нас вся обслуга пошла полюбоваться на химеру, которую нам всучили эти деятельные молодые люди. Я заподозрил когда попросился глянуть старик Элиот.

— А что с ним не так?