– Ну а я, стало быть, водяной… Харитоном кличут.
И руку протянул.
– Я в самом деле водяница. – К руке было прикасаться боязно. – Водяница… она не утонет… как рыба… лучше рыбы. Просто… вода позвала. И я пошла.
А зов стих.
Почему-то.
– Ну, значит, я водяницу вытащил. – Харитон, кажется, нисколько не удивился. – Так даже лучше. У русалки, небось, хвост был бы. С хвостом оно как-то… несподручно.
Она всегда робела, разговаривая с людьми. А тут вдруг, не иначе как от страху, сказала:
– Ты… меня вытащил?
– Вытащил.
– Значит, женись тогда… Закон такой, спас девицу – женись.
– Да с радостью, – хмыкнул Харитон. – Только это… титула у меня нет, рожей не вышел… а вот земли прикупить будет на что. Скопил… да и так маг я не из последних. Так что на семью хватит… Ну, если не шутишь.
– А ты?
– Я не шучу. Я в нашем балагане, чтоб ты знала, самый серьезный и ответственный… даже дядька Черномор говорит.
– Что серьезный?
– Что уже перевоспитывать поздно… Ну так что, идем? Я тебя еще утром заприметил. У тебя коровы самые красивые… особенно та, рыжая.
– Калина.
– Буду знать. Слушай, а если я их чем угощу? Подпустят? Так-то я доить умею, в теории… но только в теории… честно, на практике боязно. Но если покажешь…
И Невида оперлась на горячую руку, чувствуя, как потянуло от нее живою, заглушающей шепот воды силой. А потому кивнула и ответила:
– Покажу.