Он поставил флакон на берег и, подняв камушек, запустил его по воде.
– Слишком деятельный император очень неудобен. А у меня выбора особо нет. Или отступить, чтоб как отец, жить в свое удовольствие, не забивая голову всякими сложностями. Но это хреново закончится для страны… Или вот ввязываться и рисковать.
– И поэтому ты сбежал?
– Сбежал? Вообще-то, я в отпуск отправился. – Александр пустил второй камушек следом. – Кроме того, очень интересно посмотреть, кто и как воспользуется ситуацией. Поверь, у меня хватит людей… чтобы присмотреть за другими людьми.
– Значит, ждем?
– Ну почему просто «ждем». Мне тут доложили, что в этом году в империи просто-таки нездоровый интерес ко всякого рода фестивалям и праздникам. Вон и праздник свеклы, и памятник борщу… и еще день яблока, день краба. Неделя кваса… хотя, конечно, почему сразу неделя… Или, может, если меньше недели квасить, то как-то оно не по-русски? В общем, а мы чем хуже? Я вон дал распоряжение, пусть и нам фестиваль организуют. Чего-нибудь этакого… по инициативе низов, праздника жаждущих.
– В Подкозельске?
– Не… там места маловато. И без того понаехали. Но есть вон рядышком… эти, как их… Конюхи. Хороший городок. Праздникопригодный. А где праздник, там и артисты, и туристы… Сделаем из Конюхов столицу русского карнавала. Как тебе? Звучит?
– Бредово, – честно сказал Бер.
– Вот и хорошо…
– Почему?
– Потому что бредово. Чем бредовей, тем… Понимаешь, просчитать реакцию умного человека можно. А вот что дурак навернет… Или разглядеть, что за этой завесой дури что-то происходит…
– Так себе логика. – Бер тоже камешек поднял и запустил. – А если… не выйдет?
– Плохо будет всем, – честно ответил император. – Но… вот сам подумай. Ты, я… Ванька, когда протрезвеет… Аленка… тут родник силы… боевые пловцы… Леший с ребятами… ну как у нас может не выйти?
И посмотрел честно-честно.
С искренним недоумением. А потом, для эффекту, не иначе, добавил:
– И вообще… верить надо власти! И во власть.
Это он, конечно, зря добавлял.
– Верю, – соврал Бер. – Вот прям как тебе…
Почему-то посмотрели с подозрением. Бер поднял флягу с остатками родниковой воды.