И тут передо мной возник чёрный портал.

Охнуть не успела, как мужская рука дёрнула меня за вырез платья, и я полетела в пространственный провал.

Моргнув, уставилась на Кира, пальцы на руке которого заметно подрагивали.

– Тты…

«Ну вот! Довела мужика до заикания!»

Повернув голову, уставилась на купол, который больше не давил на меня своей массой.

Арена осталась в стороне, а я преспокойно стояла за пределами её досягаемости, давая себя ощупать переволновавшемуся мужу.

А под куполом творился чистый ужас.

Не найдя цели, проклятие сначала металось под куполом, а потом обрушилось на своего создателя.

Николаса подкинуло вверх и распяло.

Он кричал. Было не слышно, но парень точно кричал, впитывая своё страшное детище обратно в свою мстительную алчную душонку. Рот Ника был открыт, а на лице застыла гримаса ужаса и жуткой боли.

Я прижалась к Киру, а вампир всё продолжал что-то шептать, полностью игнорируя страдания своего якобы сына.

Когда заметила, что мои руки очищаются от крови, а сама она бежит обратно к быстро затягивающейся ране на плече, поняла, что меня лечат.

Николас упал на помост мёртвый.

Купол лопнул с громким хлопком.

– Вера, – дрожащим голосом пискнула Лана, комично выглядя при этом в теле Айвора. – Ты как?

Кир стиснул челюсти и подхватил меня на руки.

– С ней всё будет хорошо, – клятвенно заверил сестрёнку Маккей. – Но я вам её не отдам. Как успокоюсь, поговорите. Вассар… заканчивай свою дипломатическую миссию сам.

– Та я уже понял, – задумчиво протянул демон.

Шок зрителей медленно сходил на «нет», и народ начинал гудеть, будто улей.