Божий одуванчик шустро семенит к рабочему столу, не забывая бормотать, что едва не оглохла от этих ужасных криков. Везет мне на таких добросердечных, зато эта бабуля явно подкована в готовке, а значит шансы на победу удваиваются.
София (так она представляется) каким-то образом попала на площадку без фартука, что, мягко говоря, удивляет меня, ведь вредные статисты придирались абсолютно к каждой: кривой колпак, фартук не по размеру, яркие ногти, длинные ногти, красная помада... на ее удачу возле наших столов на случай форс-мажора лежат запасные.
Эфирная картинка должна быть идеальной, поэтому если режиссеру не понравится, как ты сервируешь блюдо, то… суши мухоморы.
— Дитя, ты замуж хочешь? — отрезает София, рассматривая меня, как аукционную лошадь.
Не реагирую на ее уникальное предложение и молча помогаю повязать фартук. М-да… а старушка-то оказывается куда хуже, чем я думала. Синдром «свахи» на лицо.
— Готовим фраппе из ягненка под вашим фирменным соусом! На всё вам дается сорок минут. Живее! — Матросов горланит конкурсное задание, а я уже прикидываю нужные ингредиенты.
— Дитя, ты замуж хочешь? — я-то думаю о сливочном соусе, а вот мой партнер по готовке снова нудит о своем женихе…
Решаю красиво свалить от нее в кладовую с продуктами и посудой. Глядишь выберет себе новую жертву и таки всучит своего внука или перезрелого сыночка другой претендентке. Однако фортуна поворачивается ко мне свой пушистой жопкой, являя на пороге моего настырного напарника.
Ну что ж, раз в год можно и козой побыть:
— Смешная шутка, София! Вчера я застала своего жениха со своей лучшей подругой в нашей постели! Оказалось, что я плохо готовлю и тяну со своими обязанностями домашней куртизанки! — прорывает меня. Ну, достали уже со своими «замуж»!
Реальность оказывается куда хуже: очаровательный божий одуванчик сулит мне несметные богатства и целого дракона. А почему не золотую рыбку или волшебную лампу? Ну, побыла бы старушкой Хоттабычной, на крайний случай.
— Дитя, я предлагаю тебе другую жизнь и несметные богатства. Целого дракона! Подойди же ко мне, скорее. — Да-да, конечно-конечно, вот забью на готовку и конкурс и сразу же к вам, так сказать в объятия будущей семейной жизни.
Ладно, нужно незаметно подойти к статистам или операторам и шепнуть, чтобы вызывали бригаду санитаров. Впрочем, может они специально нагоняют таких вот фриков для шоу? Вдруг и здесь тоже ведется съемка?
Успокаиваюсь и настраиваю себя на рабочий лад. Пусть эта малохольная займется соусом, уж его-то не испортит, надеюсь…
В голове формируется план: потушить и пюрировать топинамбур с сельдереем и луком шалот. Аромат и вкус выйдут, что называется «отрыв башки» и Матросов по достоинству оценит мой авторский шедевр.
— Ты глухая, что ли?! Не понимаешь какой чести удостоилась?
— Нет, это просто трэш какой-то! Пойду попрошу сменить партнера, — рявкаю я, когда София в очередной раз отвлекает меня своей бредовой тарабарщиной.
— Значит так! Хватит уже свою зелень стругать, отправишься в Лаладар. Достала ты меня, — отрезает чокнутая бабулька, пытаясь забрать мой нож.
Ну-ну… кто ж в здравом уме доверит душевнобольным старушкам такие острые предметы? Точно не я.
— Вы больная что ли?
Ох, ну за что на мою головушку падают такие уникальные личности? Скунс Никита, гадюка Танька, восемнадцать сколопендр однокурсниц, а теперь еще и божий одуван в фартучке…
Пока я пытаюсь хоть что-то приготовить, абстрагируясь от чуши про какие-то отборы и древние княжества, Софочка несколько раз тыкает костлявым пальцем на мой браслет, и что-то изображает в воздухе.
— Согласно моей королевской воле, отправляешься на отбор невест к Амазонитовому дракону в Раткланд. Раз уж пылаешь пламенной любовью к этому камешку. В твоих же интересах его выиграть. Надеюсь, что лишний жирок послужит преимуществом перед конкурентками.
Боковым зрением я отмечаю, как пространство рядом с нами начинает вибрировать и подсвечиваться. Спецэффекты на кулинарном шоу? Да не-е-ет. Это, что же выходит, старуха навертела?
От страха подгибаются коленки, и я взвизгиваю, как молочная порося, неловко чиркая себя же по пальцу. Любимый ножик (со стразиками, между прочим) окрашивается красным, и такая же тонкая полоска прорисовывается и на моем указательном пальце. Мизерная травма, но…
— Ма-а-а-амочки, кровь… Я же не переношу, — да-да. С детства. И только свою… тошнота и головокружение неумолимо подступают, пока я чувствую предательский толчок в спину.
От неожиданности и ощущения свободного падения, я мгновенно забываю о порезе и, приземляясь на пухлый зад рогатого оленя, включаю вой сирен, вспоминая русский отборный мат.
В ноздри ударяет знакомый запах специй, и несколько мужчин в причудливых колпаках смотрят на меня с непониманием и осуждением.
— О, у вас тут тоже кулинарный конкурс, да? — миролюбиво уточняю я, выцепив злого мужчинку, в кожаном одеянии и с охотничьим ножом в руке.
Он ухмыляется и переводит многозначительные взгляды с оленя на меня и, наоборот.
«Неудобненько вышло…» — фыркаю про себя, довольно отмечая, зажатые в руке пучок сельдерея и любимый ножичек.
Глава 2
Глава 2
— Ваша Светлость, — кланяется Морриган и протягивает мне сверток с посланием.
— Благодарю, Морри, но отнеси его ко мне в кабинет. Сначала разберусь с этим красавцем, — ухмыляюсь я поверенному и, придерживая свою добычу за рога, направляюсь на кухню.
— Ваша Светлость, — нагоняет меня старик и снова низко кланяется. — Пока вы были на охоте гонцы от его Величества Королевы Софии принесли указ… об отборе невест! — он немного запинается, но всё же произносит эти ужасные слова.
Какой еще… Бездна!
Разворачиваю королевский указ и нехотя вчитываюсь.
«Отбор невест» — это два самых отвратительных для слуха слова.
— Уже, кхм… кто-то прибыл?
— На подлете, ваша Светлость, — ухмыляется Морриган и сообщает, что будет ждать меня в тронном зале.
И за что такая напасть на мой несчастный хвост?! Ладно, разберемся.
— Тирион, принимай ужин, — командую я, передавая подбежавшему поваренку свою рогатую добычу.
Главный повар помечает меня недовольным взглядом за то, что опять нарушил чистоту его обители и добавляю лишних хлопот с готовкой, в то время как обед уже готов.
Тирион служил еще у наших родителей — брюзга, но справедливый до кончика хвоста. Это он учил меня жарить картошку на костре, а черной сажей вымазывать лица спящим служкам. Веселое было время. С досадой отмечаю, что некогда могучий дракон сильно сдал, напоминая о том, что и драконий век, к сожалению, не бесконечен. Вот и родители ушли друг за другом, не выдержав разлуки, завещав нам с братом жениться только по любви…
Где же найти ее?
Лукас опять накуролесил, а мне теперь бодаться со стаей голодных дракониц, охочих до княжеской «любви»? Вот ему часть и отдам: самых страшненьких и противных. А что? Всё лучшее — принцу!
Хорошо, что Раткланд совсем рядом со столицей. Может и отбора, как такого, удастся избежать? Я невольно улыбаюсь, намереваясь пройти в тронный зал, где уже ждут недовольный проволочкой Морриган («Ведь всё нужно подготовить, княже!») и Язерин Амазон, мой младший брат — наивный романтик, зачитавший всю библиотеку до дыр.
Краем уха прислушиваюсь к разговору главного повара, отдающего приказы по разделке тушки. А возмущений-то сколько было.
— А-а-а! — внезапный «вой» сирены.
Уши закладывает от громкого поросячьего визга и, когда я поворачиваюсь с приказом зарезать эту крикливую свинью, то наблюдаю просто умилительную картину: из открытого портала, прямиком на нас, летит нечто, орущее, и через каких-то пару секунд седлает тушку оленя, утыкаясь лицом в торчащие рога. Чудо в огромном поварском колпаке, что-то лопочет на тарабарском языке, а потом оглядывается вокруг.
Обвожу взглядом тонкую кисть, сияющую печатью перевода, и наконец ее бульканье становится понятным и нам. «Подарок» от Королевы прибыл…
Иномирянка испуганно кривит лицо, елозит попой по оленьему заду и, тронув его рога пучком какой-то зелени, бормочет: «Олень. Офигеть». Смериваю девчонку оценивающим взглядом, отмечая странные штаны темного цвета, свитер и фартук не по размеру. Видимо подбирали к щекам — хомячьим.
Чудо-юдо проводит своей вонючей зеленью под носом, и кивает на обалдевшего поваренка:
— О, у вас тут тоже кулинарный конкурс, да? — спрашивает она с легкой улыбкой, но остановив свой взгляд на мне, дергается и краснеет.
Зеленые глаза и пухлые губы, которые она беззвучно открывает и закрывает. Миленькое личико.
Что ж… А мне начинает нравиться эта безумно нелепая затея.
— Это вы олень? Ой! То есть… это ваш олень, — тушуется человечка, забывая слова, когда я ей подмигиваю.
Глава 3
Глава 3
— Иномирянка, да ты хоть знаешь кто это перед тобой?! — нахохлившийся поваренок, больше смахивающий на дедушку, гневно размахивает каким-то доисторическим подобием ножа. — Его Светлость Шардвик Амазон!
— Амазон? Прикольно, а доставку часиков организуете? — спохватываюсь уже после того, как выпаливаю всю эту чушь.
Светлейшество просветлейшество хмурится и пытается прожечь во мне дырку, после чего закатывается хохотом, который верноподданные или кто они тут, с натяжкой, но перенимают. Только один низенький парниша, ухмыльнувшись для галочки, продолжает стругать помидор.