«Диплом есть. Машина есть. Курсы кулинарные пройду» — улыбаюсь сама себе и завожу мотор.

Подрезав через-чур медлительную дамочку, я паркуюсь возле павильона с сегодняшними съемками и, придирчиво оценив свое лицо, в зеркале заднего вида, выползаю из машины.

Подумаешь щёки… Они у меня через неделю уйдут! Перестану принимать бабушкин сбор от стресса, так сразу и уйдут. Хорошо, что только щеки, а то ходить с надувшимся шариком вместо живота, плодя сплетни про брак по залету — такое себе развлечение.

«Вот интересно, что же местные квакушки выдумают из-за сорвавшейся свадьбы?» — предвкушающее скалюсь, радуясь своему положительному имиджу. Как ни крути, а Никиту с Танькой точно предадут анафеме за измену и прочие непотребства. За время нашего проживания в съемной квартирке, я смогла подружиться даже с самыми вредными кошатницами.

От ехидных мыслишек меня отвлекает злой оклик:

— Это место для съемочной группы, курица тупоголовая! Ты даже до полуфинала не дойдешь! — рявкает тетка, которую я подрезала, больно ударив меня своим костлявым плечом.

— Вы прости-и-и-ите меня, пожалуйста. Никак не отойду от того, что этот мир — такая вредная фекалия. — Миролюбиво тяну я, поглаживая ее рукав.

Женщина молча меня разглядывает и, фыркнув, что-то про городских сумасшедших, которых давно пора изолировать от общества, идет к съемочному павильону.

Надеюсь, она не одна из тех, кто принимает решения… возможно при ярком освещении и без уличной одежды она меня и не вспомнит. Ой, да сколько там будет таких как я? А учитывая, что нам выдадут одинаковые фартуки и колпаки…

В реале же толпа белых фартуков, сканирующих друг друга злыми взглядами настолько велика, что тут даже крупная фигура Матросова теряется. Ну, ничего, мы всех конкурентов обойдем, правда пальчики «на удачу» всё же лучше скрестить.

— Не стоим столбом! Эфирное время не резиновое, — внезапный окрик маэстро, отчего-то погружает меня в тотальный ступор, во время которого участницы быстро разбиваются по парам, а я остаюсь одна, ровно до того момента, пока какая-то женщина не хватает мою ладонь.

Божий одуванчик шустро семенит к рабочему столу, не забывая бормотать, что едва не оглохла от этих ужасных криков. Везет мне на таких добросердечных, зато эта бабуля явно подкована в готовке, а значит шансы на победу удваиваются.

София (так она представляется) каким-то образом попала на площадку без фартука, что, мягко говоря, удивляет меня, ведь вредные статисты придирались абсолютно к каждой: кривой колпак, фартук не по размеру, яркие ногти, длинные ногти, красная помада... на ее удачу возле наших столов на случай форс-мажора лежат запасные.