– Что предпочитаешь на завтрак, сладкую кашу с ягодами или солёную – с мясом и сыром? – спросила она так, будто мы в столовой Астрарума, а не в глотке Голодного леса. – Я ещё яйца нашла и пожарила, на вкус очень даже. Их всего три, два готова отдать.

– На твоё усмотрение, я всеядный.

– Да–да, слышала, что на завтрак ты ешь шатенок, на обед брюнеток, а ужинаешь рыженькими, – рассмеялась красивое чудовище в бигуди. – Марк Родсон очень громко завидовал твоему успеху у девушек.

– Жалеешь, что в списке не было блондинок? – неожиданно для себя ответил я на её шутку. И ещё более неожиданно вдруг затаил дыхание в ожидании ответа.

– О, ни капли! Думаю, со вчерашнего дня от блондинок у тебя изжога! – Ирис Торн рассмеялась ещё веселее. – Но ты не переживай. Я сбежала в Астру не ради замужества, а от него. Хотя…

Я напрягся. И в этом напряжении не было чисто мужского недовольства тем, что кто–то посягает на мою свободу.

Она опасна!

Слишком опасна.

Надел привычную маску и пошёл к ручью. Умылся ледяной водой, пытаясь вернуть себе хотя бы иллюзию контроля. А когда вернулся, Ирис уже была без маски, в полевой одежде, а стол был окончательно сервирован.

– В моём мире говорят, что женщина из ничего может сделать причёску, салат и трагедию. Теперь я в этом убедился.

Девчонка вновь рассмеялась.

– Так и есть. Садись, я просто умираю от голода. Я приготовила нам с собой бутерброды с мясом, а твою флягу помыла и наполнила водой. Честно никаких зелий не подливала, но можешь проверить, я не обижусь.

– Ты многое успела.

– Ну, надо же было себя чем–то занять.

– Спасибо.

– О, ты умеешь быть милым! – Растрогалась она, прижав руки к груди.

– Боюсь, это твоя последняя радость до возвращения в Астру. Дальше идёт зона плотоядных растений.

– Сорви для меня самый опасный цветок, я подарю его Элиане, это моя подруга с факультета природы. Она помешана на растениях и умеет с ними разговаривать, но ей–то вряд ли дадут сюда направление. Представь, если цветок расскажет ей, кого слопал из студентов! Или кто вкуснее, мальчики или девочки.

Эту девушку ничем не пронять.

Посмотрим, как она справится с самой опасной и трудной частью маршрута и что скажет у финиша. Если будет шутить и смеяться, я… Нет, я уже ничему не удивлюсь.

И тем не менее, удивился.

Она ни разу не пискнула, не испугалась и не пожаловалась. Сосредоточенно и точно, шаг в шаг, ступала за мной по ядовитому ковру со змеями–лианами, уклонялась от хлещущих липких плетей с острыми, как рыболовные крючки, зацепами, перепрыгивала корни–ловушки, не сбивала ритм.

Когда мы вырвались на финишную поляну, я обернулся оценить её состояние.

Дыхание учащённое, но на лбу и висках ни капли пота, на щеках – здоровый румянец.

Я подошёл ближе.

– Ты вчера притворялась? – потребовал ответа, уже зная правду.

Она тут же «обмякла», сделала огромные глаза, театрально провела тыльной стороной ладони по абсолютно сухому лбу.

– Ох, Ашторн… просто хочу выжить, – протянула она жалобно. А потом выпрямилась, и в синих глазах вспыхнула наглая, живая искра. – Но бегать я действительно умею. Особенно от женихов.

И подмигнула.

Так откровенно, так вызывающе, что у меня на секунду отключился аналитический центр. В голове не осталось ни одной схемы, ни одного плана, ни одной категории, в которую можно было бы поместить это наглое существо в розовой пижаме с вишенками, тапках с меховыми помпонами и бигуди.

В моей непробиваемой броне что–то необратимо треснуло.

Глава 5

Глава 5

ИРИС ТОРН

Я была уверена, что парное задание с Ашторном дано мне в наказание за излишнюю самоуверенность, потому приняла его с достоинством, сделала выводы и повинилась перед Астрой.

– Я тогда была в плохом настроении и совсем ничего такого не имела в виду, – поглаживая стену академии, шептала я. – Просто… Он ведь действительно использует девушек и после ни с одной из них не встречается, вот я и сказала так…

– Как так? – поинтересовался Ашторн, вырастая будто из–под земли.

– Ты… ты что здесь делаешь? – перешла я в нападение.

– Это вообще–то моя башня. Хочешь в гости?

Отпрыгнула от строения на добрый метр.

– Спасибо, обойдусь. Хорошего тебе дня! – Я попыталась сбежать, но куда там!

– Стоять. У нас новое задание.

– Чего?!

– Ты вообще не проверяешь браслет? – удивился Кайрос.

– А у меня не браслет, а… – Я повернула ладонь к небу, выпуская тени. Как только дым уплотнился, увидела послание Астры. – Вечные напарники?

Голос у меня сел.

Ну, Астра, ну, затейница!

За что мне всё это «счастье»? За то, что я при всём честном народе сказала, что Кайрос Ашторн – последний мужчина во всех мирах, на которого я посмотрю?

Ну так, извините, я не слепая! И обращаю внимание не только на внешние данные, от которых девчонки слабеют коленями и мозгами. Я – Тень, и вижу изнанку его души, его теневую сторону. И шлейф душ убитых им созданий, среди которых хватает и людей.

Если бы любая из красоток узнала о сотой их части, упала бы в обморок, а не в его постель!

А я всего лишь старалась держаться подальше!

Разве это не разумное поведение? Почему же Астра думает иначе?

– Не бледней. Работаем вместе только в спаррингах и походных практиках, – «успокоил» Ашторн.

Сглотнула. Какие спарринги с драконом? Это шутка такая?

– У нас проблема. В моём мире мужчинам нельзя прикасаться к женщинам, если они не родственники. Замуж ради спаррингов я не пойду – и не проси.

– Будем тренироваться с холодным оружием и магическим боям, – не увидел катастрофы Кайрос.

И ни разу не нарушил традицию моего мира. В случае опасности он мог схватить меня за капюшон или рюкзак, отодвинуть магией, приказать, но ни разу не прикоснулся.

До одной дождливой ночи в Предгорье.

Я не заметила, что порвала спальник, и проснулась посреди ночи, стуча зубами от холода.

– Мамочки, – прошептала, не зная, что теперь делать.

Я была насквозь мокрая, шалаш с маленьким костерком не мог защитить от ночной прохлады, к тому же ветер поднялся.

Напарника будить не хотелось, на него в походе вечно ложилась основная нагрузка, а сегодня он ещё и нёс мой рюкзак, поскольку я подвернула ногу. Если он не отдохнёт, мы провалим задание почти перед его финалом.

– Иди сюда, – велел Кайрос, проснувшись и оценив ситуацию.

– Нельзя. Я сейчас переоденусь в сухое и как–нибудь дождусь утра. Может, потренируюсь тихонько, чтобы согреться.

– Жизнь важнее традиций. Переоденься в сухое и забирайся ко мне.

Он расстегнул спальник и отвернулся к стене шалаша. Сколько их было за последние месяцы, даже сосчитать не могу, но мы всегда спали по разные стороны от костра.

– Тебе нельзя ко мне прикасаться. Влюбишься.

Тишина. Потом короткий, сухой звук – почти смешок.

– Это ты как эксперт по соблазнению говоришь? Кстати, занятные статейки. Особенно интересно то, что в них многое правда, хотя опыта у тебя нет.

Сердце ушло в пятки.

Как он узнал?

Я никому не говорила! Только мои лучшие подруги знали, но они – могила. Никому ни слова не скажут, даже если их будут пытать!

– Как…

– Читал, узнал знакомые обороты, навёл кое–какие справки и сделал выводы. Ты переодеваться думаешь? Девушкам нельзя переохлаждаться, – сменил он тему.

Быстро сменила одежду и нерешительно посмотрела на широкую мужскую спину.

– Ложись.

– Не могу. Это действительно опасно.

– Чем? – со вздохом спросил он. – Вы, девушки, сильно преувеличиваете значение простой близости. А здесь и вовсе – невинный совместный сон. В тепле и сухости.

Возможно, мы преувеличиваем некоторые моменты, но и они приуменьшают, зачастую элементарно не понимая своих эмоций!

– Ты знаешь, что ко мне не прикасался ни один мужчина, и можешь почувствовать себя… особенным. Исключительным, – попыталась объяснить ему свою точку зрения. – Есть шанс, что ты надумаешь себе что–нибудь лишнее и решишь жениться. А от тебя не убежишь.

Дракон рассмеялся. Впервые с момента нашей первой встречи, а может, за много лет.

– Размечталась. Не собираюсь я на тебе жениться. Спи, глупая.

– Я предупредила.

– Угу. Я тебя услышал. Ложись. Нам обоим стоит хорошо отдохнуть, всю ночь хлещет дождь, завтра будет очень тяжело идти.

Я сдалась холоду и его логике. Забралась внутрь тёплого спальника, стараясь не прикасаться к мужчине, но пространства катастрофически не хватало, а это я ещё молнию не застегнула.

– Да ты ледяная!

Откинув край спальника Ашторн сел и протянул руку в сторону моих ступней.

– Сюда!

– Но… – попыталась воспротивиться я, но ноги послушно согнула.

Я была одета. Не в «его любимую пижаму», а в специальное для походов в холодное время года нательное бельё, спортивные штаны и две пары шерстяных носочков с котиками.

Почему тогда прикосновение его пальцев кажется обжигающим, а когда он задевает локтем моё бедро, по телу прокатываются горячие волны?

Где логика?

– Я… я уже согрелась.

– Я тоже, – ответил вдруг дракон, будто он тоже мёрз.

– Давай спать, да?

– Сладких снов, – вежливо произнёс он и сделал вид, будто заснул.

Я слышала его дыхание. Слишком ровное для спящего.

И сама дышала так же.

Потому что воздух между нами уже изменился. Стал густым, горячим, наэлектризованным.