Но оно не поблекнет. Я это знаю. Я видела санкционированное государством убийство и не могу выкинуть его из головы. А когда пытаюсь, то вместо этого начинаю думать о бабушке на её смертном одре.
Я так отчаянно не хотела видеть смерть Нэн, но я заставила себя быть рядом с ней. Вот только меня там не было. Я была здесь, я всё еще здесь, а её, должно быть, уже нет. Умерла ли она в одиночестве? Она была так близка к концу, и если мои родители не успели вовремя, она была одна… а ведь даже у Сары в момент смерти кто-то был рядом, хотя она в миллион раз меньше заслуживала этого, чем Нэн. И это несправедливо. Это, черт возьми, так несправедливо.
Я спускаюсь в траурный зал, сажусь на пол в кабинете Грея, подтянув колени к подбородку, и пытаюсь заплакать. Я хочу плакать. И никакой чуши о том, что я «не из таких женщин». Слезы — это не слабость. Это освобождение, и я отчаянно хочу его обрести, но не могу. Я сижу с сухими глазами, думая о Саре, об Эннис, о моей бабушке, о родителях и о своей прежней жизни. Я скорблю по ним всем; напряжение внутри растет, пока мне не начинает казаться, что я сейчас закричу.
Я не слышу, как открывается дверь. Вообще ничего не слышу, пока не вижу перед собой ноги в черных брюках, и тогда я вскакиваю так быстро, как только могу.
— Доктор Грей, — произношу я.
Я напрягаюсь, ожидая, что он отчитает меня за такое обращение, но он лишь мягко говорит:
— Я так и думал, что найду тебя здесь. Я выходил тебя искать и увидел твои ботинки у задней двери.
— Я не хотела вас беспокоить.
— Ты ведь сопровождала Эннис на казнь, верно?
Я медлю. Затем киваю.
— И как ты?.. — спрашивает он.
— Это было… — Мой голос срывается. — Это было ужасно. Я знала… знала, что будет нелегко, но не ожидала… Это было ужасно.
— Да.
Я поднимаю на него взгляд.
— Вы тоже?..
— Дважды. Хью обязан был там присутствовать, и я не хотел, чтобы он шел один. Если бы я хоть на миг допустил, что Эннис решится пойти, я бы настоял на том, чтобы присоединиться к ней, но она, как обычно, меня провела.
Он жестом предлагает мне снова сесть, и я сползаю по стене на пол. Он опускается рядом.
— Спасибо, что была рядом с ней, — говорит он.
Я киваю.
Его голос становится тише.