Маргарет замерла. Карандаш дрогнул в пальцах. В Лос-Анджелесе ей довелось пережить немало тяжёлых моментов, но в памяти всплыли вовсе не те мучительные мгновения, когда пришлось спасаться от бандитов, напавших на дом губернатора, и даже не противостояние горожанам, решившим вершить самосуд над китаянкой. Ни одно из этих воспоминаний не заставило Маргарет сжаться, как от холода, и опасливо замереть, подобно жертве, почуявшей хищника.

Такого эффекта удалось добиться лишь Уолтеру.

Мисс Эймс не считала себя трусихой, но после встречи с Норрингтоном уверенность в собственной смелости пошатнулась. «Ладно, взглянем правде в глаза: мало кто сохранит хладнокровие, столкнувшись лицом к лицу с древним духом. – Она издала нервный смешок. – Теперь я намного лучше понимаю мисс Хантер. Находиться под таким давлением изо дня в день – пытка! Мы все объединены общей целью, и тем не менее положение Джейн существенно тяжелее нашего. Норрингтон расценивает её как личного врага – именно из неё тянет все жилы. Он терзает её так долго, что сохранить здравый рассудок, наверное, почти невозможно. Я говорила с Уолтером всего один раз, а до сих пор не могу отделаться от неприятного, пугающего чувства… Зря я подозревала, что Джейн тянется к Норрингтону сама: он способен вертеть любым человеком так, как ему вздумается!» Маргарет поёжилась, вспоминая детали того разговора…

Навык писать быстро и бегло ей не пригодился: Уолтер диктовал медленно, с расстановкой, цедил каждое слово, позволяя Маргарет не торопиться.

«…кроме вас, вашей кузине рассчитывать не на кого. Энн можете спасти только вы».

Наконец, он умолк. Дописав последнее предложение, Маргарет с опаской подняла взгляд.

– Это всё?

– Это только начало, самое интересное ждёт впереди, – азартно улыбнулся он. – А если вы имели в виду письмо, да, достаточно. Ставьте подпись и запечатывайте.

Перечить она бы не рискнула. Содержание письма ни о чём не говорило Маргарет, но проявлять любопытство в присутствии Уолтера даже ей казалось смертельно рискованным. Обычно никакая опасность не становилась поводом держаться от неё подальше – сейчас же Маргарет желала, чтобы Норрингтон как можно скорее ушёл. Удалился. Растворился. И впредь не появлялся. «Пока он рядом, я сама не своя. Никогда не чувствовала себя настолько беспомощной». – Протянув Уолтеру конверт, Маргарет заметила, что её пальцы слегка трясутся.