Слуга показал колокольчик для вызова его коллег, пожелал мне приятного отдыха и скрылся. Ему нельзя здесь долго находиться — женский флигель как-никак. Даже стражами на входе были девушки, весьма крепкие и внушительные на вид.

Понятно, почему принц меня к ним не определил. Помимо очевидных причин вроде ограниченности передвижения, я пока статью не вышла.

— Итак? — красноречиво уперев руки в бока, повернулась я к господину Эйсгему, ожидая объяснений, а по возможности и извинений.

Вместо ответа он молча ткнул пальцем в медальон. Да ладно, там еще и прослушка?

Я внимательно всмотрелась в следилку-пропуск, поморщилась, стянула с шеи и отодвинула подальше на вытянутой руке. Нас окутал пузырь нейтрализующего заклинания, а гадость осталась за его пределами. Пусть себе передает тишину.

— С чего вы решили, что я жажду помогать принцу? — прошипела я, едва сдерживаясь от резких слов и жестов.

Свисающий из кулака кулон мешал выразить экспрессивно все, что думаю.

— Ты же все равно собиралась во дворец. Это отличная возможность изучить его весь, — не поддался на провокацию господин Эйсгем. — На нижних этажах, около сокровищницы и у покоев его величества сигнализация усилена. Туда я тебя просто так не проведу, придется самой. Потому что секретаря туда могут послать по необходимости, и что делать?

Прямо о брате он не произнес ни слова, перестраховываясь. Но и так все было понятно. Проверка на входе — ничто по сравнению со сканом около королевской спальни. А кто знает, какое задание может принц поручить помощнику? Может, подарок отцу передать. Тут-то личина и слетит. Вот конфуз выйдет!

— Ладно. Но от постоянной работы фрейлиной я категорически отказываюсь, так себе и запиши где-нибудь! — вздернула я подбородок.

— Все-таки ты странная, — вздохнул господин Эйсгем, принимая условие. — Другие девушки убили бы за шанс без подготовки, без связей и родословной попасть так высоко.

— Ну, во-первых, связи у меня вот, есть, — хмыкнула я безо всякого почтения. — А во-вторых, невелика честь — таскаться за взбалмошной девицей и вытирать ей нос. Если же она окажется умной и примется интриговать — еще хуже. Мне дорога моя голова.

— Понял. Логично, — вынужден был признать водник. Помялся, раздумывая, затем неожиданно выудил из недр пиджака и протянул скромную бархатистую коробочку. — С днем рождения.

Надо же, откуда только узнал? Я сама успела позабыть, когда мой личный праздник. Брат упоминал мельком, но в памяти не отложилось, как не жизненно важная информация. А господин Эйсгем прослышал.

— Спасибо, — приняла подарок и недолго думая откинула крышку.

По диагонали, чтобы втиснуться в узкую подложку, лежала изящная двузубая шпилька с навершием в форме снежинки. Деликатное плетение белого золота огибало несколько синеватых камней, похожих на сапфиры. Вкрапления алмазной россыпи сияли на свету, как свежий колкий наст.

— Красивое, — выдавила, не понимая, как расценить этот странный дар.

Знает же, что я драгоценности не ношу. Куда мне при нынешнем образе жизни такая роскошь?

— Ты же делаешь связующие артефакты, — помявшись, водник продемонстрировал аналогичную заколку для галстука. Поскромнее, всего один извилистый лаконичный ряд кристаллов, похожий на ледяной узор на ткани. — Мне бы хотелось в следующий раз, когда тебя куда-то занесет, хотя бы знать наверняка, жива ли ты.

Отдельно порадовала уверенность господина Эйсгема в моих способностях вляпаться на ровном месте. Не то чтобы он был неправ.

Вытащив шпильку, я взвесила ее на ладони, примеряясь. Отлично сбалансированная, с острыми кончиками. И за оружие сойдет, и за отмычку.

Нет, пожалуй, господин Эйсгем неплохо меня изучил. Красивого в подарке было только навершие, все остальное — чистая функциональность. Даже камни — идеальные накопители, в них можно заранее залить магию и использовать, если резерв опустеет.

— Многие женщины в высшем свете носят подобное. Обычно вплетают защиту или маячки, — пояснил водник, снимая зажим и кладя рядом на ладонь. Вторая рука у меня была по-прежнему занята кулоном. Сегодня прямо урожайный день на ювелирку. — Никто не удивится ни наличию шпильки, ни магическому фону от нее. Распутать же, что именно ты навертела, сумеют лишь немногие.

— Никто не сумеет, — самоуверенно хмыкнула я, сжимая кулак и мысленно соединяя два предмета неразрывной нитью.

Переговорник на коленке не сделаю, но аналог ложки госпожи Гиссы, чтобы трепетали в ответ на вызов, — вполне. После надо бы усовершенствовать для голосовых сообщений. Но не сейчас. Да и что мне эдакое может угрожать во дворце? Помереть со скуки среди прекрасных дев, разве что.

Господин Эйсгем принял обновленную заколку, ткнул не глядя куда-то в воротник и поспешно ретировался. Он явно испытывал неловкость по поводу такого личного и несколько интимного подарка. Их преподносят родственницам или же невестам, но никак не подопечным. Хотя, возможно, это и есть своего рода защита от посягательств: мол, смотрите, она уже занята, не трогать, не приближаться!

Вздохнув, я нацепила следящий кулон обратно, осторожно, на ощупь, воткнула в косу шпильку. Вышло криво, надо будет пучок соорудить. И отправилась изучать новое место жительства.

Кем-кем, а помощницей распорядительницы отбора невест мне притворяться еще не доводилось. Не знаю пока, как устроили кандидаток, но меня не обделили. Первый этаж — прихожая и гостиная для ожидания незваных гостей — был обставлен довольно скудно, хоть и дорого. Два кресла, небольшой металлический столик между ними, достаточный для подноса с чаем и закусками или какой-нибудь настольной игры, скоротать время. Вешалка на стене, подставка под обувь. На этом все.

По сияющим ступеням поднялась выше, чувствуя себя принцессой из сказки. Из той, страшной, где за углом поджидают драконы, а еда отравлена.

Следующий уровень выглядел более уютным. Мягкий диванчик, еще два кресла, за ними, отгороженная зеркалами и тканой ширмой, гардеробная. Похоже, госпожа Блюбек кроме известного мне получила дополнительный заказ, поскольку платьев на вешалках оказалось не меньше, чем в отведенных мне покоях в особняке секретаря. То же касалось верхней одежды и обуви. Сапожник тоже, видимо,отработал на два фронта.

— Лишь бы пыль в глаза пустить, — проворчала я про себя, не до конца понимая, к кому именно обращаюсь — к принцу или к господину Эйсгему. Кто из них устроил для меня эту роскошь, догадываюсь, но не по приказу ли его высочества он это сделал?

Ведь мне предстоит две недели провести среди избалованных аристократок. Те будут судить по одежке, буквально, и мне следует соответствовать, чтобы завоевать их уважение.

Крышка-окно поддалась без усилий. Особых запоров на ней не было, одна щеколда и два страховочных зажима. На улице было прохладно, но не холодно. Резные листья лозы колыхались на слабом ветерке, приносившем ароматы цветов и трав из ближайшего парника.

Я устроилась на скамейке и прикрыла глаза, греясь на солнышке. Буду воспринимать этот отбор как неожиданный отпуск. За все время в этом мире мне толком удалось отдохнуть лишь в приюте, а последний месяц бегала как белка в колесе. Хотя учитывая возможный заговор против будущей принцессы, сильно расслабляться не стоит.

Глава 25

Глава 25

 Стук в дверь донесся до моего убежища дробным эхом. Я нехотя сползла с лавочки и потащилась вниз. Ступеньки уже не казались красивыми, а от обилия солнечных зайчиков рябило в глазах. Устала и не выспалась. Надеялась хоть пару дней отдохнуть, но, похоже, пахать здесь придется ничуть не меньше обычного.

На пороге обнаружилась строгая дама лет сорока. Будь я действительно Кристель-подростком, решила бы, что передо мной старуха, но, как пожившая на свете подольше некоторых, могла сказать, что женщина отлично выглядит. Отчасти благодаря прямой, почти военной осанке.

— Вы Кристель? Я Маргиса Химмарс, его высочество определил вас ко мне в помощницы.

В голосе распорядительницы ощущалось легкое недовольство. Еще бы, какую-то пигалицу выделили, за которой еще и бегать приходится.

— Простите, я здесь немного заблудилась, — присев в безупречном реверансе, я старательно изобразила деревенскую дурочку, роскоши в жизни не нюхавшую. — Столько этажей, а еще настоящий сад!

Мой восторг звучал достаточно убедительно, чтобы суровое лицо начальницы слегка смягчилось.

— Его высочество просил вам передать. Лично в руки, — этим намеком госпожа Химмарс сразу задавила на корню возможные мысли о том, что ее использовали в качестве почтальона.

И мои руки оттянула целая гора дощечек. Айрендаль решил сэкономить хоть здесь и выдал сведения о каждой кандидатке отдельным блоком. Спасибо, не на кирпичах нацарапал. Я свалила стопку на чайный столик неподалеку, убедилась, что она не расползется, и накрыла отражающим куполом. Сложная система преломления скрывала предмет из виду, являя посторонним зрителям лишь пустую столешницу и стену за ней.

Брови госпожи Химмарс неудержимо поползли вверх. По ее лицу я поняла, что теперь меня начали наконец-то воспринимать всерьез.

— Я готова! — вытянувшись в струнку, отрапортовала распорядительнице. — Прошу, командуйте.

— Не стоит так выслуживаться, ты не в охранницы нанялась, — хмыкнула госпожа Химмарс, но взгляд ее отчетливо потеплел.