Светлый фон

— Кто посмел явиться на базу рода Эйсгем без дозволения?! — прогрохотал призрачный голос откуда-то сверху.

— Вы уж определитесь. Если род Эйсгем допускается, то как его потомок оказался в ловушке? — рявкнула я в ответ, усиливая оборону.

— Что?

Неведомый противник отвлекся, ослабляя атаку. Я тут же добавила в щит зеркальный фактор, отразив лучи обратно в исходные гнезда. Запахло паленым. Сияние потухло, позволяя оглядеться. Никого постороннего, зал по-прежнему пуст. Значит, охрана нематериальна, как те духи в оазисах.

— Я не имею дурных замыслов и не собираюсь вредить роду Эйсгем! — Я поспешно подняла руки над головой, старательно демонстрируя покорность и невинность. Но на этот раз мой юный вид никого не обманул.

— Чем докажешь? — проворчал невидимка.

— А во что вы поверите? — осведомилась я с искренним интересом. — И вообще, вы кто? Давайте познакомимся.

— Ты меня не убалтывай! Ходят тут всякие, потом артефакты пропадают, — брюзжание охранника стало совсем старческим.

— Для кого вы их храните, если наследника рода впаяли в ловушку при входе?

— Какой еще наследник? Это ж марионетка чья-то, тьфу!

— В смысле?

— Он под контролем чьей-то посторонней воли. И магию свою сливает на сторону. Поделом ему! — ворчание приобрело злорадный оттенок.

Я хмыкнула.

— Сколько сотен лет вы охраняете эту базу?

— Много, деточка.

— Я вам не деточка. Я зарождение мира видела, и не одного! — отрезала я, окончательно выпадая из образа Кристель.

Да и перед кем притворяться? Перед нематериальной сущностью? Допустим, она может попытаться меня поджарить. А я — развалить весь подвал. Победителей не будет, и дух это прекрасно понимает. Попробовал уже мою магию на вкус.

— Вы вообще в курсе, что снаружи происходит?

— Зачем оно мне? Моя задача проста. Обеспечить безопасность базы, пропускать строго наследников основной линии Эйсгемов. И ты не из нее!

— Это мы попозже обсудим, — отмахнулась я от попытки свернуть разговор в непродуктивное русло. — Давайте сначала пройдемся по новейшей истории. Чтобы не быть голословной — вот!