Последним словам он придал особый вес.

– Три к одному. Недурственно, – процедил Эф.

Мира украдкой глянула на Иону: как она воспримет соотношение? Леди Иона поймала оливку в тарелке графа Виттора и отправила себе в рот.

– Трое к одному – это еще не математика, – изрек барон Доркастер, вечный гость графа. – У Ориджина в армии кто? Ага. А у Лабелина? Эге. Вот вам и оно.

– Герцог Лабелин собрал тридцать тысяч ополчения из крестьян, – прокомментировал Сир Котофей. – Остальные двадцать – рыцари-вассалы с их оруженосцами и наемные стрелки.

Эф хмыкнул:

– Значит, опытных бойцов у Пути и Севера поровну. Но у Пути лишних тридцать тысяч мяса, да плюс оборонная позиция. Могу понять неторопливость герцога Ориджина.

Леди Иона продолжала охоту: выловила из мужниной тарелки ломоть редиса, озорно хрумнула. Джейн – компаньонка Ионы – шепнула что-то ей на ухо, обе захихикали.

Барон, хотя понятия не имел, отчего смеются девушки, тоже с готовностью хохотнул.

– Га-га-га. Развели счетоводство, право слово! Победит не тот, кто числа знает, а кто воевать умеет. Верно говорю? Га-га-га! Все надо делать умеючи. Как сказал одноногий Джек, не умеешь косить – за косу не берись. Га-га-га-га!

Барон Доркастер – дурак. Круглый. Настолько непогрешимый в своей дурости, что Мире даже нравится наблюдать за ним. Всегда приятно воочию увидеть совершенство!

Барон обожает шутить и смеяться. Часто совмещает: сам шутит, сам же стремительно хохочет, опережая всех. Считает себя несусветным остряком, потому к лицу его крепится лукавая ухмылочка: дескать, ни за что не догадаетесь, какая новая хохма пришла мне на ум! Голова барона лишена всяческой растительности и предельно яйцевидна по форме. Мира зовет его Бароном Всмятку.

Заметив, что последняя искрометная шутка прошла мимо цели, Барон Всмятку быстренько досмеялся до запятой и добавил:

– А Южный Путь – он что?.. Только жрать умеет. В деле кушанья путевцы – мастера! Лорду Эрвину нужно подгадать со временем и напасть на них в обеденный час. Ни один путевец не сможет от миски оторваться! Га-га-га! Знаете, когда собака жрет, можно схватить задние лапы и поднять над землей. Псина даже не повернется, так и будет чавкать, стоя на двух передних. Га-га-га-га!

– Барон, вы со своими глупостями… – презрительно бросил Эф.

– А что, все только серьезничать? Серьезников много, тоска берет. Хорошо, когда среди унылых один веселун попадется – сразу совсем другое дело. Это как пирог: если одно тесто – так что за удовольствие? Надо, чтобы и ягодка была! Га-га-га!

К слову о ягоде, леди Иона заметила виноградинку в тарелке Джейн и с самым невинным видом принялась ждать, пока компаньонка отвернется. Джейн отвернулась, но была настороже: в последний миг выхватила ягодку прямо из-под пальцев Ионы.