Распахнув холодильник, суровым взглядом прошлась по его содержимому, пытаясь выбрать хоть что-то. Аппетита нет, но я все-таки взяла большую шоколадку, вспомнив о том, как я умяла такую же при разговоре с Никитой. Может, и в этот раз осилю?

Добрела до своей комнаты, но уже в дверях, взявшись за ручку, остановилась и развернулась в сторону кладовки.

Не совсем понимая, зачем мне это надо, дошла до маленькой захламленной комнатенки и прильнула к окошечку, затянутому старой занавеской. Не знаю с какой целью, но стояла у окна и чего-то ждала, рассеянным взглядом скользя по обновленной крыше.

Из-за поворота показался Тимур, в руках которого была пирамида из коробок, опасно накреняющаяся то в одну сторону, то в другую. Парень шел небольшими шажками, пытаясь поймать равновесие и не рассыпать все это добро.

Я наблюдала за его передвижением, и потом, когда он уже скрылся в прохладном сумраке гаража, несколько минут смотрела на прикрывшуюся за ним дверь.

Интересно, зачем я вообще сюда пришла? Кто-нибудь может мне объяснить?

Смущенно, будто меня поймали за чем-то непристойным, отвернулась от окошка и тихонько, на цыпочках, словно меня кто-то мог услышать, прокралась прочь.

Проспала я практически до самого ужина, просыпаясь лишь для того, чтобы поправить подушку, развернув ее холодным боком кверху, шоколадка так и осталась нетронутой. Я не смогла заставить себя даже просто открыть ее. Ну и ладно, сейчас пойду и нормально поем.

Добравшись до кухни, обнаружила, что Тимура там нет, хотя уже время ужина. Все ясно, увлекся своими железяками и забыл обо всем на свете.

Решив, что не стоит его дергать по такой нелепой причине, как разогревание ужина, все сделала сама. Достала из холодильника тушеную картошку с мясом, и, оценив свои силы едока, положила одну ложку, содержимое которой неказистой кучкой примостилось на краю тарелки. М-да, несерьезно, как ни крути. Со вздохом добавила еще пару ложек, разогрела и, пристроившись за кухонным столом, приступила к трапезе.

Тимур сам разберется со своим ужином, проголодается и вылезет из своего логова, поэтому ждать его не стала.

Меланхолично ковырялась вилкой в тарелке, размазав все ее содержимое по краям. Давай, Васька, хватит выпендриваться! Ешь уже!

Отругав саму себя, отправила первую порцию в рот. Ведь вкусно же! Почему аппетита-то нет совсем?

С отчаянным упорством затолкала в себя все, что положила, почувствовав, что лопну, если в меня попадет еще хотя бы одна крошка. Молодец, могу же, когда захочу!

Прибрав за собой, покинула кухню, и, прихватив с полки книженцию в яркой обложке, устроилась на своем любимом диване. До чего же удобный, зараза! Так бы и лежала на нем, не вставая, лишь изредка поворачиваясь с боку на бок.