– Стыдно такое говорить, – чуть сконфужено произнесла, потирая нос, – но предлагаю наесться на ночь булок.

Тим поднял одну бровь и, не глядя на меня, ответил:

– Думаешь, я буду против?

Мы и набрали целый пакет плюшек, ватрушек и пирожков с разными начинками. Господи, я так еде не радовалась уже лет сто! Смотрю на эту румяную выпечку, и мне действительно хочется ее съесть со вкусом, с удовольствием, а не как обычно, через силу запихивая каждый кусок.

Из магазина вышли довольные до невозможности. Я с двумя бутылочками воды, и Тимур с большим бумажным пакетом, на котором красовался логотип пекарни, а внутри покоились заветные пирожки.

– Идем обратно? – предложил он, а я отрицательно покачала головой. Сидеть в скучной комнате и есть под пристальными взглядами той девицы? Нет уж. Лучше на улице.

Осмотрелась по сторонам и увидела чуть поодаль небольшую лавочку с витиеватыми ножками и резной спинкой. Неожиданно.

Лавочка стояла посреди улицы совершенно не к месту. Указала на нее, и Тимур, перехватив пакет поудобнее, отправился в том направлении. Я семенила следом.

Подойдя ближе, я поняла, что делает эта несчастная лавочка в таком месте. Она стояла перед зданием, на котором красовалась вывеска "изготовление мебели из натурального дерева". Все ясно, рекламный образец.

Недолго думая, решили им воспользоваться. Сели, разложили свои покупки и стали есть.

На улице к тому времени уже окончательно стемнело, и не было ни души. Лишь изредка мимо проезжали одинокие машины, спешившие на заправку. Приглушенный свет фонарей освещал проезжую часть, фасады домов, нашу лавочку.

– Слушай, – спустя некоторое время, произнес Тимур, наблюдая за тем, как я увлеченно поедаю пирог с ягодной начинкой, – я все спросить хотел, но как-то неудобно было…

Тимуру? Неудобно? Подозрительно повернулась в его сторону. Сейчас как ляпнет что-нибудь такое, отчего я опять долго и упорно жалеть себя буду.

– Почему ты такая тощая?

– Я худая, – буркнула, сердито блеснув глазами.

Он бесцеремонно протянул руку и, изловчившись, двумя пальцами обхватил оба моих запястья:

– Нет, ты тощая, практически анорексичная.

– Спасибо, – фыркнула, высвобождая руки. Да он и не удерживал, просто показал, насколько у меня рученки тоненькие.

– Явно же не от избытка здоровья такое может быть? – не унимался он.

М-да, тактичность явно не была его сильной стороной.