– Кто это с ним так расправился?.. – поинтересовалась я. Не знаю насчет Себастьяна, а у меня отчего-то сложилось впечатление, будто эту смертельную рану крокодил получил не внешне, а его брюхо словно разорвали изнутри.

– Гидрус... – пожал плечами инквизитор. Лично мне это слово ничего не говорило, но вот мой напарник заинтересовался.

– Надо же! А многие из ученых людей считают, что гидрус – это сказки!

– Ну, ученые люди вообще много чего отрицают, частенько даже самое очевидное. Сам я гидруса никогда не видел, в отличие от местных жителей. Надо сказать, что здешний народ относятся к этому существу с большим почтением.

Как мне рассказали, гидрус – это большая змея, заклятый враг крокодилов. Когда крокодил спит на берегу, то змея заползает к нему в рот, ползет в горло, и крокодил ее проглатывает, только вот гидрус, разодрав все внутренности крокодила, выползает из него наружу, причем невредимым. Правда, тут, как говорится, возможны варианты: если крокодил каким-то образом все же сумеет извергнуть из себя эту змею, то, может, и спасется, а если нет...

– Брр, какой только гадости нет в этих местах!.. – покачала я головой. – Только я все равно не вижу связи между этим самым гидрусом, и тем, что рядом нет крокодилов!

– Все просто... – развел руками брат Владий. – Подумайте сами: когда эта змея грызет внутренности крокодила, то он должен испытывать огромнейшую боль. Естественно, что при этом он катается по земле, извивается, бросается в воду, снова выбирается оттуда на берег... Знаете, кто бы и что не говорил, но я считаю, что у всех животных имеется какой-никакой, а ум, и это же утверждение в полной мере относится и к крокодилам. К чему я это говорю? Да к тому, что когда один из этих плавающих ящеров внезапно начинает вести себя столь неадекватно, да при этом еще и издает соответствующие звуки, то те крокодилы, что находятся рядом, все же понимают, в чем тут дело, тем более гидрус – это и есть тот враг, которого они так боятся.

– И что же делают остальные крокодилы?

– Ничего... – пожал плечами брат Владий. – Вернее, все враз бросаются в воду, и на какое-то время убираются куда подальше от того бедняги, которому так не повезло. Потом, правда, возвращаются, но не сразу, а где-то через сутки... Ладно, нам тоже надо уходить.

– Я все равно не понимаю, почему вы сказали, что нам повезло?.. – спросил Себастьян.

– Да потому что ранее я уже бывал в этих местах, и знаю, что дальше по реке пойдет болотистая земля, а берега будут и вовсе топкими. Потому-то еще недавно я находился в полной уверенности, что нам еще где-то с час придется махать веслами, чтоб найти более или менее подходящее место для высадки на берег. Здесь же, где мы сейчас с вами находимся... Скажем так: лучшего места нам не найти, да и пробираться по лесу тут куда легче. Так что спасибо гидрусу, который распугал всех обитателей этого берега, потому как в любое другое время нам здесь было бы не высадиться без снований быть съеденными... Все, уходим.