– Я вас тоже раньше не видел... – пробурчал брат Владий. – Но сейчас я отчетливо вижу, что ваша душа нуждается в долгом покаянии и очищении...

– А вот что касается того молодого человека... – Милиссандра посмотрела на Себастьяна с немалым интересом... – Ну, не знаю... Вы не представитесь?

– Виконт Кристобаль... – коротко ответил тот, явно не желая, чтоб девица ударялась в воспоминания.

– Кристобаль, Кристобаль... – протянула та, и ее лицо озарила счастливая улыбка. – О, вспомнила! Нас когда-то представляли, но более мы не встречались...

– Простите, но я вас не помню... – покачал головой Себастьян.

– Зато я помню! Вы младший сын герцога, а ваша мать вышла за него замуж совершенно скандальным образом! Верно?

Ох, Милиссандра, у тебя ума как не было, так и не будет! Ты потому-то и запомнила Себастьяна, что замужеством его матери было не таким, как принято в том кругу. Да, ты как была великой любительницей сплетен и скандалов, так ею и осталась! Интересно, что она еще помнит?

– Еще помнится... – продолжала Милиссандра. – Помнится, вы так и не женились, и работаете вместе со своим дядей в этом, как его...

– В картографическом управлении... – подсказала я.

– Точно, в нем... – подтвердила девица. Ну, для этой особы что картограф, что библиограф – без разницы, можно не опасаться, будто она вспомнит что-то лишнее.

– Ладно... – Чиж остановил разговорившуюся Милиссандру и повернулся к нам. – Сегодня вы останетесь здесь, а об остальном поговорим завтра.

– Нам бы надо до города добраться... – начал, было, брат Владий, но Чиж его остановил.

– Нам всем чего-то надо. Я сказал – завтра!

Что ж, завтра – так завтра, но к вам, господин Чиж, доверия у меня почему-то нет...

Глава 18

Глава 18

Мы сидели на грубо сколоченной скамейке, и слушали повествование о том, каким таким невероятным образом Милиссандра ди Ости, в замужестве графиня ди Вилльеж, оказалась здесь, посреди Черного Континента, да еще и в компании тех, кого при всем желании никак не назовешь сливками общества. Если отбросить в сторону всю словесную шелуху, жалобы на несправедливость этого мира и человеческое жестокосердие, о которых беспрестанно твердила Милиссандра, то история выглядела просто и весьма непривлекательно.

Выйдя замуж по приказу короля, Милиссандра и не думала о том, что ей надо каким-то образом устраивать свою семейную жизнь. Разумеется, она не первая, кто вынужден подчиняться интересам своей семьи, только вот в дальнейшем она намеревалась жить своей жизнью, в которой ее супругу не было места. Конечно, муж ни в чем не отказывал своей молодой жене, и даже более того – старался исполнять все ее прихоти, осыпал подарками и драгоценностями, только все было бесполезно, а очередное богатое подношение лишь ненадолго смягчало Милиссандру. В голове у девицы было только одно – как бы избавиться от ненавистного супруга и соединиться с молодым красавчиком, любовью всей ее жизни, с которым она когда-то хотела бежать на край света. К тому же ее муж, свежеиспеченный граф ди Вилльеж, невысокий плотный человек с более чем заурядной внешностью, не знал поэзии, музыки и литературы, не умел красиво говорить – в общем, не шел ни в какое сравнение с тем молодым статным раскрасавцем, который когда-то украл ее сердце. Конечно, у супруга Милиссандры было полным-полно денег, молодая графиня ни в чем не знала отказа, и той немыслимой роскоши, в которой свежеиспеченный граф содержал свою жену, могла позавидовать любая принцесса, только Милиссандра считала подобное всего лишь незначительной платой за то, что ее разлучили с любимым.