- Катрин! – громыхнул дракон и снова сбился с ритма. – Уроню же, - зачастил взмахами.

- Я жду, - не унималась ноша.

- Мурзик, - прозвучало еле слышно в ответ, что, понятное дело, не приблизило к определению человеческой ипостаси дракона ни на йоту.

Гадство.

Хотя…

Вряд ли Катрин стала бы называть так чужого мужика. Вообще-то ласково-уменьшительное «Мурзик» больше мужу подходит. Опять же – подходит и другому какому-нибудь близкому самцу. А вдруг у нее был любовник? Или более ранний знакомец до замужества, тоже интимно близкий, или этого болвана брат, например, которого дразнила, а ему нравилось.

- Мурзик, ты великолепен в постели, - зачем-то пробормотала Катя себе под нос, смакуя только что придуманную фразу.

А представив, как это выглядело, усмехнулась. Дракон же почему-то вздрогнул, поежившись шкурой, будто у него мурашки по животу пробежали.

Услышал?

И как это понимать?

Угадала?

- Стерва! Я с тобой развожусь! – грубо выпалил дракон, загремев голосом как раскатами грома. – И как-нибудь перетерплю эти две недели. А ты даже не пытайся меня вернуть. Ничего не выйдет. И не надо мне напоминать о нашей мерзкой связи.

Видимо его благодушное настроение мгновенно исчезло, а всё нутро заполонила поглощающая злость. Думается, Катрин ему сильно насолила. А с другой стороны – такое впечатление, что он до сих пор питает к ней нежные чувства. Ниртак верно подметила. Какое-то у мужа (теперь уже нет сомнений, что это он) раздвоение личности. То любит, то не любит? И явно скрывает это. Раздвоение. То чуть не плачет, объявляя о выселении, и тут же бесится, что приходится ждать развода.

Однако если подумать – то и хрен бы с ним. Не кидаться же в ноги с мольбами: «Дорогой, я всё прощу. Забери меня домой. Ага. Щас. Только шнурки поглажу. Нетушки. Теперь у меня другая задача».

- О чем хочу, о том и напоминаю, - Катя разозлилась тоже. – И нечего мной командовать. Разводимся?! – резко повысила голос. – Отлично! Развестись с таким болваном, это просто счастье какое-то! – сжала кулак и стукнула мягким местом по лапе дракона, но тот, похоже, не почувствовал или сделал вид.

Дальше летели молча, каждый размышляя о своем.

Через какое-то время, навскидку минут двадцать-полчаса, приземлились перед каменным (из белого кирпича) двухэтажным домом, построенным действительно как помещичье имение девятнадцатого века. Катя такие частенько рисовала на обложках книг в жанрах фэнтези или бояръ-аниме об альтернативной Российской Империи. В центре дома была полукруглая ротонда, полностью остекленная, а по бокам два флигеля по три окна. По меркам знатности – дворянство очень захудалое.

«Да уж», - вздохнула Катя, увидев, где придется жить.

Дракон сгрузил вещи у ног жены, переступил огромными лапами, немного отойдя назад, чтобы его морда оказалась у ее лица, и сказал:

- Я положил в корзину немного монет, чтобы ты первое время не голодала. На большее не надейся. При разводе я останусь в трусах, камзоле и при замке, полном сокровищ. А когда моей женой станет Кимерия, я забуду тебя как страшный сон.

- Ладно, - пожала Катя плечиками и ласково улыбнулась крокодиловой улыбкой, за которой уже скрывался план мести. Так просто муженек от нее не отделается. Чисто из вредности накажет его, чтобы жизнь с другой бабой малиной не казалась. – Давай хоть поцелуемся на прощание.

Прежде чем дракон успел что-то сообразить, ухватила его ладошками за щеки и чмокнула между раздувавшихся ноздрей. А после хотела гордо развернуться и зашагать к дому, не оглядываясь, но…

В этот момент откуда-то посыпались мелкие искорки, яркие и много, так что не заметить их было невозможно. Они охватили собой чешуйчатую тушу и тело девушки как покрывалом, посияли, будто радовались летнему солнышку, и так же мгновенно исчезли. Единственный дискомфорт, который почувствовала Катя после этого – легкое жжение в «районе крыльев». Так она в своей прошлой жизни называла область между лопаток.

Видимо, что-то подобное испытал и Климент, странно широко выпучивший глаза, мотнул башкой, прогоняя видение, резко попятился назад, быстро развернулся и, ни слова не говоря, взмыл в небо, рассекая воздух.

- Я пришлю своих адвокатов! – крикнула ему вслед Катя, резонно считая, что самой будет трудно разобраться в законодательстве Империи, и кто-то должен ей в этом помочь.

Похоже, не докричалась.

Темно-зеленый с желтым брюхом дракон улепетывал словно за ним гнались… хм-м… А кто может гнаться за драконом, чтобы его напугать? Пусть будет стая летучих мышей-вампиров. Угу. Мурзик, блин. Лысый котик-переросток. Он несся как пуля из нагана, как вырвавшийся из бутылки джинн, как истребитель-бомбардировщик, как… в общем, с такой скоростью, что Катя удивилась, как скоро тот скрылся из поля ее зрения, превратившись в черную точку у самого горизонта.

- Нир, ты там жива? – подбежала к валявшемуся на гравиевой дорожке, ведущей в дом, зеркалу, поставила его, оперев о корзину, и заглянула, увидев свое взъерошенное отражение. – Мы прибыли.

- Вижу, - отозвалась Ниртак, приглаживая волосы, и по сложившейся привычке, поглядела за спину хозяйке, где высился старый особняк. – Я тут подумала, пока летели, что зря мы из замка выселились. Можно ж было две недели до развода там пожить. Всё лучше, чем здесь. А то тут ни слуг, ни денег. Твой отчим в последнее время твое наследство, от мамы доставшееся, коту под хвост спустил на какие-то аферы с недвижимостью.

- Может, и зря не остались, - вздохнула Катя, пытаясь следом за отражением, поправить растрепавшуюся прическу. – А с другой стороны, ящер не дал бы спокойно жить. Знаю я мужиков. И не факт, что не прибежала бы змея подколодная и в замке бы не пристроилась. А мне пришлось бы слушать, как в спальне за стенкой мой, пусть и бывший, муж развлекается, а эта курица специально громко стонет.

- Тебе-то что? Не твой же муж, - скорчила Ниртак презрительное выражение лица, услышав про змею. – Ну, то есть он твой по бумагам, а в реальности не твой. Ты-то его и знать не знаешь. Плюнула бы да не обращала внимания. Зато сытно, уютно, крыша не течет. Подумай. Метла всегда под рукой.

- Не-а, не хочу, - фыркнула Катя, вспомнив Климента, говорящего ей гадости. – Нервы для суда поберегу.

- А-а, ну если та-а-ак… Опять забыла, что ты другая. Кстати, как тебя на самом деле зовут? – отражение заинтересованно уставилось на хозяйку.

- Представляешь, почти как Катрин, - улыбнулась Катя, только сейчас о таком странном совпадении подумав. – Катя. Катерина. Интересно, почему так вышло?

- М-мм… Действительно, интересно, - Ниртак поджала губы, тоже задумавшись. Однако молчать долго не умела и стала рассуждать вслух. – Ты когда, то есть она, в обморок грохнулась, это когда герцог в твою спальню ворвался и орать начал, что ваш заговор раскрыт…

- Стоп, - остановила ее Катя. – Подожди секунду. Получается, она в обморок и я в обморок. И где-то в этой точке отсчета что-то произошло еще.

- Вероятно. Но вряд ли ее колдовство сработало, хоть она что-то и шептала. Я не разобрала. Катрин, конечно, ведьма, а способностей у нее почти никаких. Только на метле летать научилась. Даже в день совершеннолетия, когда у каждой ведьмы свой особенный дар открывается, ничего не произошло.

- Да?

- Поэтому после смерти матери, а Катрин тогда тринадцать всего исполнилось, отчим ее не сильно боялся. Он-то обычным человеком был, фармацевтом, при жене смирный, а потом как подменили, - Ниртак почесала левый висок. – Наверное, из-за того, что денег не стало, а его припарки да мази без магической составляющей, что Амиранса готовила, потеряли привлекательность и спросом пользоваться перестали.

- А Амиранса это мама Катрин?

- Ага. Мудрая женщина была.

- Понятно. Обязательно послушала бы еще, моя дорогая, да стоять на улице с котомками как побирушка не особо хочется.

Хоть и интересно узнать о прошлом имения и его хозяев, но прежде всего хорошо бы устроиться на ночлег. Скоро вечер, и солнышко своим краснеющим диском неуклонно приближается к земле. Затем и вовсе скроется, явив миру растущую луну, блистающую тонким месяцем среди звезд. А Катя даже в дом не заходила и не знает, как там внутри. Есть ли вообще, где спать? Только сейчас об этом подумала, не сообразив забрать с собой постель из замка дракона.

Ну да ладно, что-нибудь придумает.

Схватила зеркало и, отвернув его от себя, прежде чем Нир успела что-то сказать, запихнула его в подмышку. Насадила корзинку и чемодан на черенок метлы и на бреющем полете подлетела к входу. Слезать не стала, решив, что надо бы для начала оглядеть всё имение, и сделала круг по придомовой территории – заросшей высокой зеленой травой лужайке, пересекаемой несколькими дорожками, аккуратно засыпанными гравием.

«Косить придется. А как я без слуг-то?» - обозначила для себя первую проблему.

Поднялась выше и пролетела над крышей, увидев обвалившуюся кровлю в правом крыле. Значит, поселиться можно в другой половине. Вроде там с виду ровная оранжевая черепица без прогалин. А со временем сделает ремонт. Значит, при разводе надо просить компенсацию не меньше оного. Хм-м… А почему только при разводе? Неплохо бы ткнуть дракона носом сейчас, что выселил ее в непригодный для жилья дом.

Подумать – как лучше это приподнести.