Под обиженное пыхтение сестры Лёшка включил воду. Мама подошла, посмотрела, как он губкой натирает кастрюлю из-под супа.

— Может, я? — спросила она.

— Не, — сказал Лёшка, морща нос, — тут дел-то на десять минут. Или даже на пять. Мне не сложно, честно.

— Ну, хорошо. А фокус? Я не совсем поняла, ты тарелку что, сразу в раковину опустил? Я как-то упустила момент.

— Это секрет.

Мама улыбнулась.

— Что за секретчик такой вырос? — она взъерошила ему волосы.

— Вообще-то я — секретарь, — сказал Лёшка.

— Я поняла, — уже из коридора отозвалась мама. — Секретарь с секретом.

— Ага.

Лёшка пожамкал губку в кулаке.

Прикольно, подумалось ему. Раньше мытье посуды он воспринимал чуть ли не как унижение. Взрослого мужика приставили к бабской работе и радуются. Конечно, вонючки, других, более мужских дел у него нет.

Сейчас же…

Сейчас, после рассказов Штессана и Мальгрува о первых годах службы в кнафурах, после того, как Мёленбеку (между прочим, далеко не последнему чародею) по утрам почему-то не казалось зазорным самому встать к мойке, после перчаток-хельманне, наконец, невозможно было, наоборот, перепоручить эту процедуру кому-то другому.

Какой ты сквир, если не мыл посуды? Самостоятельное ли ты существо? А то есть сомнения.

Лёшка обнаружил, что руки с губкой уже действуют как бы отдельно от головы, и улыбнулся. Классный эффект. Ты вроде чем-то занят, но одновременно совершенно свободен в мыслительной деятельности. Хоть на Марс лети, хоть представляй, как завтра в особняке встретишь Гейне-Александру. Только споласкивать не забывай под краном, и всё. А вообще интересно, она величество или высочество? Не скажешь же: привет, э-э… Мёленбек, пожалуй, первым делом это должен разъяснить.

И видно, что девчонка непростая. Симпатичная, но с характером. Лёшка таких девчонок, честно говоря, побаивался. А тут ещё отец убит, Крисдольм взят, и в одиночной камере, наверное, посидеть пришлось. Если чего не хуже.

Нужен поклон. Офицерский, когда голову коротко вниз и каблуками прищёлкнуть. Хотя какой он, на фиг, офицер? Сквир как есть. Да и будет ли она с ним говорить? Нет, наверное, поблагодарит, что вытащил, не без этого, но и всё, тем-то общих нет. С другой стороны, в Замок-на-Краю Мёленбек её не потащит, не боевая единица Гейне-Александра, никак не боевая. Значит, останется в особняке, и Лёшке, возможно, придётся её защищать, пока Штессан, Мальгрув и Аршахшар будут атаковать Шикуака. Мёленбек же сказал, что прорыв хъёлингов и цогов сквозь слой весьма вероятен. Эх, даже страшновато стало. Все уйдут, а он останется.