Романов кивнул.

Кто-то, может, и не в курсе, а ему по должности положено, работа такая. Точного текста проклятия у него не было, но кое о чем он догадывался, кое-что маги подсказали, примерно механизм он представлял. И Демидова понимал.

Род вымирает.

Тут и с кобылой свяжешься, не то, что с княжной. Лишь бы получилось… но могло ли оно получиться?

Проклятия — штука сложная. Смотря кто проклял, как проклял, какая сила в проклятье вложена… иное и не отклянешь назад, только помирать останется.

Хотя…

Есть оговорка.

Чтобы проклятие легло правильно и хорошо, нужно исключение. Как в детской сказке. "Жить тебе до конца дней твоих чудовищем невиданным, неслыханным и уродливым, коли не найдется краса-девица, которая полюбит тебя за душу добрую да за сердце светлое". Вроде бы условие есть, проклятие можно снять. На словах.

А на деле… много вы таких девиц знаете?

Вот Игорь Никодимович — ни одной.

Правильно составленное проклятие просто так не снимешь, это уж вы поверьте. И несколько поколений смениться успевало, пока дорожку нащупывали. Бывало…

— Княжна Горская?

— Оказалась сильным магом земли. Поэтому я решил попробовать еще раз. Вдруг в этом случае мне бы повезло?

Романов мог понять. А понимала ли это княжна?

— Княжна была против?

— Что вы хотите от молоденькой девушки? — развел руками уже Демидов. — Им в этом возрасте подавай не основательность и заботу, а романтические ухаживания, вздохи под луной и серенады…

Романов сдержал улыбку.

Ага, забота и основательность.

О племенной кобыле тоже заботятся, основательно так, в лучшем деннике держат, лучшим овсом кормят, но ни выбор пастбища, ни выбор седока не доверяют.

Увы…