И ловко приподняла уголок салфетки. Показала небольшой сверточек, в котором покоилась пятирублевая купюра. Кажется, околоточный понял.

Хоть и невелики деньги, да чего отказываться? Мне приветливо улыбнулись и даже предложили стул. Предложили бы и Ване, но второй стул тут было просто некуда впихнуть. Пришлось брату постоять. Зато с ним за руку поздоровались. И опять вернулись ко мне.

— Давайте, Мария Петровна, сначала о делах. Документики ваши позвольте?

Я позволила.

Околоточный ловко отметил что-то в документах, потом занес несколько строчек в тяжелую амбарную книгу… все, регистрация получена.

— Мария Петровна, я с Перелукиным побеседовал, обещал он держаться от вашего дома подальше, но вы учтите. Если что — сразу же за мной посылайте. Пьяный он себя не помнит, натворит чего…

— Перелукиным? — не поняла я.

— Карп, — пояснил мне Ваня.

Ах, он еще и Перелукин? Ну и пес с ним!

— Обязательно, Елпифидор Семенович. Самим нам никак не справиться.

Справиться я могла и еще как, но было у меня подозрение, что даже местный уголовный кодекс квалифицирует это действие, как предумышленное убийство, заранее спланированное и обдуманное.

Расстались чуть ли не лучшими друзьями, и я отправилась в банк.

Бумаги у меня были с собой. Желания идти в банк особо не было, это все же не шарашкина контора, это серьезное заведение. Так вот проверят…

Но — надо.

И все свое положить в арендованную ячейку, и насчет денег распорядиться. Знаете, как неудобно спать с драгоценностями, пардон, в плавках? Нет?

Попробуйте, только вот крепкий сон не гарантирован. А оставить тоже нельзя, не та семья, не те люди. Сопрут и на разведение Карпов потратят.

* * *

Вопреки моим страхам, местный банк оказался… ну, не шарашкой, но этаким "Колхозбанк". Выглядело все донельзя просто.

Большое здание, явно с какой-то магией, аж пальцы заломило при входе. Несколько комнат. В первой сидят кассиры, молодые люди лет до двадцати пяти, общим числом три штуки. Сидят, скучают, мух гоняют.

Явно, и трех слишком много.