Дальше — посмотрим.

Арина поглядела вокруг, но я стояла очень удобно, перекрывая ей дорогу к обоим выходам из кухни.

— Ну? Чего тебе надо?

Но за стол девчонка села послушно.

Я кивнула на крынку и тарелку. В крынке было молоко, в тарелке, прикрытые сверху, чтобы не подсыхали, сыр и хлеб.

— Ешь.

Голод — не тетка, девчонка поиграла минут пять в независимость, и принялась жевать. Я сидела напротив и молча ждала. Нил спокойно, словно и драки не было, спал у себя в колыбельке. Хороший ребенок.

Кстати — свежеокрашенный хной. И веснушки я на личико навела…. Даже не пискнул, маленький. Умничка.

Наконец, еда кончилась, и Аринка посмотрела на меня с прежним вызовом. Но уже спокойнее.

— И что теперь?

— Почему ты сегодня удрала? — тихо спросила я.

— Потому что маменькины гости и меня уже замечают, — огрызнулась Арина. — Что, не понимаешь? Мне с этими уродами на сеновал неохота… и мать тут не поможет, не вступится!

Не факт, что и заметит.

— Понимаю. А брата чего бросила?

— Он шавку эту искал…

— Помогла бы найти — и ушли бы вместе.

— С чего это?

— С того, что он твой брат. А ты его бросила. Это — хорошо?

Арина независимо вздернула нос.

— Ничего с ним не… или…?