– Ты победил, Убийца! Ты этого и хотел, да? Оттянуть мои силы? Не дать найти Дракона? Ты победил! Но что ты будешь делать со своей победой?

Ритор захохотал, поднимая руки к низкому черному небу. Буря набирала силу, буря рвала покров туч и штопала их иглами молний. Не было больше солнечного света, ничего не было – лишь вереница вспышек, делающая движения ломаными, как в луче стробоскопа.

– Что ты сделаешь со своей Силой, Убийца?

Гирлянда шаровых молний повисла через весь небосклон.

Сгустки пламени мерцали, то угасая, то наливаясь ослепительным светом. За их призрачным сиянием крутились, вырывая плоть океана, жгуты смерчей. И где-то еще дальше, невидимая, но ощутимая, шла Сила.

– Будет ли тебе место – в их мире?

Скалы затряслись. Судорога прошла по самым корням земли, выворачивая горы и сминая равнины. Далеко внизу, по самому берегу, залитому кипящей пеной, бежали Торн и Тэль. Виктор посмотрел на них – словно пытаясь услышать запоздалый совет, попросить о чем-то. Но ветер ревел, не давая ответа, и бушующий океан не повиновался больше магу Воды. Удар волны – Тэль заскользила по камням, Торн остановился, поймал ее за руку, пытаясь удержать.

– Не будет их мира, – сказал Виктор.

Скалы крошились под ногами. Лишь Замок-над-Миром оставался неподвижен, будто сила древних властителей хранила его до сих пор. В черных камнях стен плясали отблески молний, купола светились матово-белым светом. Открытые ворота манили – призрачной иллюзией безопасности.

– Тебе не остановить их, Убийца! – Ритор замотал головой. – Даже если ты сразишь Дракона!

Небо полыхнуло.

Огненная точка вспыхнула вдали. Кровавая звезда, несущаяся над морем. Хлынул ливень – холодный, острый, морозящий кожу.

– Именем четырех стихий… – Виктор замолчал. Не то! Не так! Перед ним – не царство мертвых, и не Серые Пределы ему ставить, запирая миры…

Ему?

Да разве он ставил Серые Пределы?

И в это мгновение Лой, мертвая Лой, зашевелилась! Ритор то ли не видел этого, то ли ему было уже все равно. Изломанное тело Кошки шевельнулось, выгнулось, в короткой судороге приобретая прежние грациозные формы. Миг – и рыжая женщина подняла голову, бросила быстрый яростный взгляд на мага Воздуха:

– Ты еще заплатишь мне за седьмую жизнь, Ритор!

Ветер срывал с ее тела последние лоскутки ткани, и Виктор, как ни неуместен был момент, вдруг ощутил волну влечения. И Лой словно почувствовала это – повернулась, отвечая признательной улыбкой. Мимолетной улыбкой:

– Что же ты стоишь, Виктор? Беги!

Он еще не понимал.