Снова жестокие ассоциативные образы заставили Аэлин провести параллель с судьбой Грэга Дэвери и с Битвой Кукловодов. Мальстен в одной из лживых версий своей истории сказал, что отец охотницы хотел стать членом цирковой труппы в Малагории. Был ли Грэг частью таких представлений?..

Данталли поморщился.

— Леди Аэлин, — он качнул головой, — не подумайте, что я не понимаю ваших чувств на этот счет. Но хочу, чтобы поняли и вы: оценить… гм… по достоинству Красный Культ может только тот, кто сталкивался с ним лицом к лицу. Я сталкивался. Эти люди — они никого не щадят. Человек ли, иной ли — им неважно! Когда они находят возможность спалить кого-то на костре, они это делают без зазрения совести. К слову сказать, вам придется убедить вашего друга Ганса в срочном порядке бежать из Олсада. Теперь, когда Колер понял, что вы моя пособница — а он это понял — он того же мнения будет и о Гансе, ваше послание ему он теперь без труда разгадал. Завтра, если не сегодня к вечеру, господина трактирщика отведут на дознание. Формальное, где из него выбьют признание в пособничестве. Поверьте, Красный Культ этого признания добьется, для них это труда не составит.

Охотница молчала.

Мальстен тяжело вздохнул.

— Вы говорили с Колером лично, знаете о Ста Кострах, я рассказал вам о Хоттмаре. Неужели даже сейчас, после всего услышанного и увиденного, вы уверены, что эти жрецы не заслуживали смерти?

Аэлин поморщилась, словно от зубной боли.

— Вы мстили. И наслаждались этим, — неуверенно произнесла она.

— Не стану отрицать, — покачал головой Мальстен. — Но, не сделай я этого, уже завтрашним утром эти самые люди наслаждались бы при виде наших с вами тел, обугливающихся на кострах.

Охотница невольно вспомнила рассказ о жене Бенедикта Колера, которая приняла смерть от его руки. На его костре.

— Знаю, какие параллели вы сейчас проведете, — продолжил данталли, — и будете частично правы. Но вынужден напомнить: это война, леди Аэлин. Война между Культом и данталли, которая началась задолго до Битвы Кукловодов и не прекращается до сих пор. Мне подобных истребляют уже многие годы, обрекают на жестокую казнь, и вы не представляете себе, на какие зверства готов пойти Культ, чтобы заставить данталли сломаться под пытками и выдать кого-то из своих сородичей! Колесование, дыба, вырывание ногтей, раскаленные стальные сапоги — и это только начало. Данталли выносливы, нужна большая изобретательность, чтобы заставить их сломаться от боли. Культ срывает заживо участки кожи и прижигает открытые раны раскаленным железом, подвешивает заключенного к потолку за переломанные руки, параллельно ломает его с помощью дурманящих настоек, морит голодом и жаждой. А любимую их пытку знаете? Они раскрывают своему арестанту рот распорками и с помощью инструментов всаживают в зубы тонкие длинные иглы, смазанные каким-то жгучим травяным настоем. Говорят, от этого из глаз почти буквально можно высечь искры. С людьми всего этого враз не проделаешь, слишком быстро сдаются или и вовсе умирают. Разве что, за редким исключением. А данталли… только представьте, как Культ упивается своей властью в этот момент, понимая, что их жертва все это чувствует, просто вытерпеть может больше. Это так расширяет пространство для самых изощренных фантазий!