– Что? – растерянно спросила Айлин и вспомнила, что, согласно этикету, оказавшись в гостях у более родовитых особ, следует отказаться от угощения, если речь не идёт о званом ужине. А кто может быть знатнее самой Претемнейшей?

Она открыла было рот, чтобы заверить, что вовсе не голодна, но выпечка пахла так восхитительно! Айлин сглотнула, и мужчина снова слегка кивнул.

– Разумеется, голодны. Прошу к столу. В вашем возрасте не следует пренебрегать нуждами тела. Помнится, у моего бывшего ученика всегда болела голова от голода…

Он предложил Айлин руку с небрежным изяществом, которое сразу выдало дворянина, и повёл её к накрытому столу.

Вид высоких кресел, обитых мягкой светлой тканью, снова вызвал в Айлин мучительную неловкость: лицо и руки удалось вымыть, но её дорожная одежда так и осталась грязной, перепачканной пылью и по́том, а уж как от неё, должно быть, пахнет! Лучше и не думать! Правда, ни Претемнейшая, ни её неизвестный гость не выражают никакого неудовольствия, но это лишь оттого, что они учтивы.

Гость Претемнейшей любезно отодвинул кресло, и Айлин поспешно присела на краешек, надеясь, что обивка не запачкается или, по крайней мере, запачкается не очень сильно. Второе кресло рядом предназначалось, видимо, для Претемнейшей, и мужчина учтиво дождался, пока Госпожа поднимется с диванчика, на котором сидела и займёт место за столом. Лишь после этого он сел сам и принялся разливать по чашкам дымящийся травяной отвар. Айлин тайком потянула носом, но так и не поняла, какие же травы настаивались в кувшине. Вкус тоже был незнакомым, крепким и терпким, приятно-кисловатым, ягодным, с тонким цветочным послевкусием… Совсем не похоже на шамьет, но как же восхитительно!

Гость… или всё же хозяин дома? – отложил салфетку, накрывавшую до того блюдо с выпечкой, и положил на тарелку Айлин пышную румяную булочку, выпеченную в форме сердца и посыпанную корицей. Ещё одну булочку взял сам, отломил небольшой кусочек, но есть не стал – просто смял пышный мякиш длинными пальцами и задумался, глядя куда-то в сад…

Айлин робко откусила и едва не застонала от удовольствия – булочка была такой вкусной! Или просто дело в том, что вчера вечером она почти не ела, да и утром лишь перекусила?

– Да, вы – особый случай, – заговорил, наконец, мужчина, переведя взгляд с сада на Айлин. При этом его лицо, только что спокойное и расслабленное, стало вдруг внимательным и любопытным. – Видите ли, юная леди, вы первая на моей памяти, кто попал сюда… скажем так, во плоти. Но вы ведь и сами это поняли, не так ли?