Если Монах не доберется до этого артефакта самостоятельно, ему поможет тетрадь, которую Ромашов должен найти у детей Грозы.

По приказу Отто-Панкраца Штольце Ромашов получил приказ подчиняться Андреянову и помогать ему в развитии агентурной сети в Горьком. По приказу Вальтера Штольца, подкрепленному внушением, он должен был разыскать в Горьком детей Грозы и тетрадь с его записками, доставить все это в Дивеево и помочь Монаху отыскать священный артефакт. Затем дети и находка будут переправлены через линию фронта. Как – об этом будет знать Монах.

Штольце пошел на эту сложную игру и согласился рискнуть ради «опасно-сумасбродных идей» Вальтера только потому, что тот сначала сам собирался отправиться в составе этой группы! Это желание завладеть саровским артефактом и детьми Грозы было сродни маниакальному. Однако даже при его великолепном знании русского языка в нем слишком легко было узнать иностранца. К тому же в НКВД имелись его фотографии и все данные на него как на бывшего сотрудника германского посольства и организатора оккультного заговора против Сталина. При малейшем, даже случайном, подозрении он будет раскрыт и погибнет, погубив также всю группу.

Чтобы спасти своего старинного друга, Отто-Панкрац Штольце и согласился отпустить Монаха с радиопередатчиком в Дивеево и Саров…

И только отправив детей Грозы за линию фронта, Монах приступит к своим обязанностям радиста при группе Купца в Горьком.

Как странно – только сейчас, после слов Андреянова, Ромашов всерьез об этом задумался, вполне все понял – и явное, и тайное. Не иначе, Вальтер наложил некие оковы на его подсознание, чтобы Ромашов слепо, не задумываясь исполнял его приказы.

Оковы?.. Но почему они вдруг упали?

И вдруг он догадался почему.

Ромашов словно бы увидел себя семнадцатилетним юнцом – покорным и восхищенным учеником Николая Александровича Трапезникова. И Трапезникова увидел он, который на веранде дома в Сокольниках проводит очередной урок для Павла, Лизы и Грозы. Их тоже увидел Ромашов такими, какими они были в 1918 году. Все они сидели вокруг стола и внимательно слушали Трапезникова, который цитировал из «Руководства по практической магии» доктора Папюса:

– «Делая внушение на срок, мы закладываем в импульсивный центр субъекта зерно некоего динамического существа. Это динамическое существо будет действовать изнутри наружу, следовательно, оно не чувство, ибо существенной особенностью чувства является действие снаружи внутрь. Это идея, которую воля гипнотизера одаряет специальным динамизмом и в виде зародыша вкладывает в импульсивное существо субъекта, чтобы она активно проявила заключенную в ней духовную силу, приведя в действие соответствующий центр. Оккультисты и маги называют эти эфемерные динамические существа, создаваемые человеческой волей, – элементарными существами или элементалами».