Тень Зелеша поджидала Йерда в темной нише, спрятавшись от света догоравшего светильника. Герцог почти обрадовался, увидев ее едва различимый силуэт. Однако он сразу же насторожился, когда у него в голове раздался чужой тихий смех. Что это за мир, где даже призраки способны на злорадство и плохие шутки?..

– Я сделал то, о чем ты просил, – сказал Сенор, стараясь выглядеть равнодушным, чтобы не вводить тень колдуна в соблазн вдоволь поиздеваться над смертным.

– Я знаю, – ответила тень. – Удивительно. Не помешал даже этот глупец Зарзор. Ты правильно сделал, что избавился от него. Он принес бы тебе одни неприятности…

– Его убил твой сын.

– Разве ты не знал, что такое может случиться? – вкрадчиво спросила тень, изогнувшись над герцогом черной дугой. – Разве у тебя не было предчувствий?.. Только один из вас мог выйти из того подвала…

Сенор ощутил холодок, пробежавший по спине. Он не хотел даже задумываться над глумливыми намеками тени. Все, что ему было нужно, это выбраться отсюда. Слишком темной и извилистой дорожкой шел он до сих пор. У него не осталось ни возможности, ни желания оглядываться на жертвы, приносимые по пути…

– Ты покажешь, как опустить мост? – спросил он прямо, когда ему надоело созерцать метаморфозы тени.

– Да! – неожиданно быстро и легко согласилась та со смехом.

– Неужели ты боялся остаться здесь, глупый, глупый герцог? В моем волшебном саду ты обрел бы покой, которого так жаждет твоя душонка… Но теперь уже поздно возвращаться. Мой сад не примет тебя в объятия. Ты больше не нужен мне. Пойдем.

Тень Зелеша погрузилась в глубину ниши. Пламя светильника дрогнуло и погасло. Сенор очутился в полной темноте. Он двинулся вслед за тенью, вначале на ощупь, а потом – пользуясь магическим зрением.

Оказалось, что из ниши к наружной стене южной башни ведет узкий коридор, в котором едва могли бы разминуться два человека. Герцог довольно долго шел, видя по сторонам лишь слабо мерцавшие стены, а потом коридор стал шире и внезапно закончился тупиком.

Сквозь полупрозрачный силуэт тени Йерд увидел четыре длинных горизонтальных ряда человеческих черепов, укрепленных на стене. Все черепа показались ему достаточно старыми, кроме двух крайних в нижнем ряду. Один из этих двух не отличался ничем особенным, зато у другого был огромный, невероятно высокий лоб, а в челюстях торчали редкие кривые зубы.

Сенор еще слишком хорошо помнил, кто являлся обладателем чудовищного лба. Также не составляло труда догадаться, кому принадлежал второй экземпляр, пополнивший недавно это «собрание». Оба сразу приковывали к себе внимание, оба сияли свежей белизной на фоне серого камня и потемневшей от времени кости.