Чья-то рука больно толкнула ее в спину, и она, едва не падая, заковыляла к хижине. Краем глаза Марго видела, как д’Агоста старается вырваться из лап ведущих его Морщинников. Смитбек отбивался молча. Чудовище извлекло из складок балахона зловещего вида каменный нож и поднесло его к горлу Смитбека.

– Cuchillos de pedernal , – прошептал Пендергаст. – Это о них говорила женщина, пережившая бойню в подземке.

Д’Агоста кивнул.

Не доходя нескольких футов до изгороди, Морщинники остановились и заставили своих пленников опуститься на колени. Барабанная дробь сделалась чаще, пение – громче.

Взгляд Марго задержался на каменных возвышениях перед входом. На ближайшем лежало несколько металлических предметов.

– Пендергаст, – еле слышно прохрипела Марго. От волнения у нее пресеклось дыхание.

Агент ФБР бросил на нее вопросительный взгляд, и Марго кивком показала на платформу.

– Ах да, – прошептал он. – Самые крупные сувениры. Я сумел утащить только те, что помельче…

– Да-да, – нетерпеливо перебила его Марго. – Но я узнаю один из этих предметов. Ручной тормоз для инвалидной коляски.

На лице Пендергаста мелькнуло изумление. Он попытался продвинуться к возвышению поближе, но стоящие рядом Морщинники тут же пресекли эту попытку.

– Это совершенно бессмысленно… Для чего их разложили… – Он оборвал себя на полуслове и негромко прошептал: – Лурд!

– Не понимаю, – шепотом ответила Марго. Пендергаст молчал, пытаясь разглядеть темную фигуру внутри хижины.

Послышался приглушенный шум, и из хижины появилась немногочисленная процессия. Первыми шли закутанные в плащи фигуры, неся попарно огромные котлы с горячей жидкостью. Над котлами поднимались клубы пара. Пение усилилось, превратившись в какую-то заунывную какофонию. Морщинники поставили котлы в углубления, выбитые в полу, после чего на сцену выплыло задрапированное черным крепом кресло, влекомое четырьмя фигурами в балахонах. Носильщики медленно, размеренно шагали вдоль ограждения из костей. Оказавшись у самой дальней и самой высокой платформы, они торжественно поместили на нее трон и столь же торжественно сняли черное покрывало, после чего величественно удалились в хижину.

Марго не отрывала глаз от скрытой в тени фигуры, восседавшей на троне. Лица она разглядеть не могла, но видела пухлые пальцы, слегка подергивающиеся на подлокотниках. Пение смолкло – и тут же возобновилось с новой силой. Теперь в нем звучали нотки нетерпеливого ожидания. Существо на троне воздело руку, и все замолчали. Когда жрец слегка наклонился вперед, мерцающие отблески огней упали на его лицо.