— Мне показалось, что не будет никакого вреда, если мы совместными усилиями внесем некоторые уточнения в те небылицы, которые наплел Джон.

— Я вправе отказаться? У меня есть выбор?

— Выбор есть всегда, доктор, — натянуто улыбнувшись, произнес Александр.

Дойлу показалось, что взгляд Спаркса прожег его насквозь.

Дойл молчал. Потом, поеживаясь, пробормотал:

— Мне надо одеться. Я совсем замерз.

— Конечно, доктор.

Дойл в растерянности смотрел на Александра, но тот не шевелился.

— Я могу сделать это прямо сейчас? — спросил Дойл.

— Вряд ли мы сумеем поговорить, если вы совершенно окоченеете.

— Пальто в моей комнате…

— Где же ему еще быть?

— Так я пойду оденусь?

— Я подожду вас здесь, — сказал Александр.

Кивнув, Дойл кинулся в гостиницу. Спаркс наблюдал за ним, не двигаясь с места. Дойл взлетел по лестнице, перескакивая через несколько ступенек…

«Что происходит? — спросил он себя. — Этот человек бесконечно уверен в себе. Невероятно… Преследовать меня в течение стольких дней и сейчас позволить уйти, вместо того чтобы прикончить меня на месте». Дойл сознавал, что поведение Александра — сплошная игра и притворство и он не должен верить ни одному слову. Но ради чего Александр все это затеял?

Дойл отомкнул замок и тихонько отворил дверь. Все было на своих местах, как и полчаса назад. Но Эйлин исчезла…

«Вот, значит, как! Он задержал меня ровно на столько, сколько понадобилось, чтобы похитить Эйлин». Дойл схватил пальто: револьвера в кармане не было. Его саквояж по-прежнему стоял на полу. Открыв его, Дойл вытащил несколько пузырьков и два шприца. Приготовив шприцы, он наполнил их прозрачной жидкостью, затем завернул их по отдельности в разорванный пополам носовой платок и спрятал за голенище сапога.

Нервничая, что он пробыл в номере слишком долго, Дойл помчался вниз по лестнице. Спаркс ждал его возле входной двери.

— Где она? — едва сдерживая ярость, выдохнул Дойл.