Она ставит сумку и вопросительно поворачивается к Гэвину.

— Разве я не сказал? Ее нет.

— А-а. У нее сессия?

— Сессия? — удивляется Гэвин. — Ты о чем?

— Мне казалось, она модель?

— Ах, фотосессия. Понятно. А я подумал, ты решила, что она студентка.

— Так она на съемках?

— Возможно, — рассудительно кивает Гэвин.

Она заметила, что он сложил свои автомобильные журналы на низенький столик очень аккуратной стопкой. Помимо этого, в комнате практически ничего не изменилось. Я думала, он сделал ремонт, за столько-то лет, сказала она себе. Я думала, она захочет переделать все по-своему. Я думала, она выбросит все мое барахло — все, что я выбирала, — и обновит интерьер. Слезы защипали глаза. Она почувствовала бы себя одинокой, ненужной, если бы вернулась и увидела, что все изменилось; но то, что все осталось по-прежнему, заставило ее ощутить нечто вроде… тщетности.

— Наверное, тебе надо в ванную, Гэв, — сказала она. — Тебе скоро на работу.

— Да нет. Сегодня могу поработать дома. Убедиться, что с тобой все в порядке. Можем попозже сходить пообедать, если захочешь. Или прогуляться по парку.

Она остолбенела.

— Что-что, Гэвин? Ты сказал, прогуляться по парку?

— Я забыл, что ты любишь, — сказал он, переминаясь с ноги на ногу.

В углу спальни Колетт, где воздух бурлит и сгущается, встает маленькая леди в розовом фетре, которую Эл не видела с детства.

— Ах, кто призвал меня обратно? — спрашивает миссис Макгиббет.

— Я, Элисон, — признается она. — Мне нужна ваша помощь.

Миссис Макгиббет топчется на одном месте, словно ей не по себе.

— Вы еще ищете своего мальчика, Брендана? Если поможете мне, клянусь, я найду его для вас.