— Мне кажется… — бормотала она. — Мне кажется, мы должны…
— Тш-ш-ш. — Шторм приложил палец к губам.
Выпустив ее руку, он открыл дверь. Включил свет.
Пустой коридор. Желтая лампочка. Выцветшая ковровая дорожка. Вдоль стен — стулья и столики. Закрытые двери. В торце на стене гобелен с изображением многоголовой гидры.
Звук стал громче. Отчетливее, настойчивее, целенаправленнее.
Шторм шагнул в коридор.
— Ричард… — София подбежала к нему и схватила его за руку.
— Ты шла по этому коридору? — спросил он.
Лицо ее сделалось мертвенно-бледным, и она едва заметно кивнула. Где-то в глубине светло-карих глаз плясал ужас.
Они пошли по коридору на звук.
— Что это было? — спросил Шторм. По вискам стекали капельки пота, но разум был ясен как никогда. — Так что же это было?
София молчала. Сквозь ткань рубашки он чувствовал, какая влажная у нее ладонь.
— Дьявол, — буркнул Шторм. Взгляд его блуждал по стенам коридора — от одной закрытой двери к другой. Наткнулся на очередную картину — развалины римского храма, подернутые дымкой утреннего тумана.
— Куда ты пошла дальше? — шепотом спросил он. — Ты говорила, последняя дверь? Кабинет отца?
— Я не знаю.
— Правда? Не знаешь?