– Что… вы думаете, его кто-то убил? Они заставили его выпить всю ту водку?

– Либо так, либо накормили нембуталом, чтобы он вырубился, и влили водку через зонд.

У Фрэнка отвисла челюсть.

– С ума сойти, – запинаясь, пробормотал он. – Но кому это могло понадобиться?

Вот этот вопрос и занимал сейчас Паза с Моралесом. Они ехали к дому Джека Уилсона, получив у его брата ключи от жилища покойного и описание его характера. Парень был малость бесшабашный, компанейский, бизнес нагонял на него скуку, в отличие от женщин, но он и дела вел, и в механике разбирался совсем неплохо. Судя по всему, его действительно убили, но к делу их ни племя, ни ФБР не подпустят, а значит, вся эта история заходит в тупик. Уилсон был последней нитью, которая тянулась от убийства аль-Мувалида, и тот, кто обрезал эту ниточку, умело замел следы. Паз не преминул поделиться с напарником и соображением Клетиса Барлоу насчет того, что затевалось все это ради Эммилу Дидерофф, а кровопролитие совершилось, чтобы от чего-то ее отвлечь, вывести из игры.

Моралес сказал, что звучит это не слишком убедительно, хотя мысль Клетиса заслуживает внимания уже потому, что Барлоу величайший детектив. Паз заметил легкую зависть, но не стал заострять на этом внимание. А насчет «неубедительности» он, пожалуй, согласился бы с Моралесом, да только сам допускал еще более невероятные возможности. О чем, впрочем, предпочел не упоминать.

Они подъехали к дому Уилсона, маленькому особнячку с черепичной крышей, стоявшему на Коралловой улице, близ автострады Пальметто. В оформлении интерьера Джек Уилсон предпочитал морскую тематику: пейзажи маринистов на стенах, капитанские стулья вокруг стола со столешницей в виде крышки люка, модели кораблей в застекленной витрине.

– Устроил себе корабль на дому, – заметил Паз.

Они рассмеялись, но так оно на самом деле и было. Если с виду Уилсон вовсе не казался аккуратистом, то дома у него все было до помешательства скрупулезно разложено по полочкам. Мало того что на кухонной стене у него висела панель с крючками для утвари, так под каждым крючком красовалась надпись, поясняющая, для какого предмета он предназначен, чтобы сковороду, не дай бог, не повесили на место сотейника.

Обыск провели быстро: Пазу помогала долгая практика, Моралес учился на ходу. Паз осмотрел хозяйскую спальню, и увиденное там его изумило. Моралес провел обыск в другой комнате, обставленной как небольшой кабинет или домашний офис, и был заинтригован тем, что ничего там не нашел. Тут его позвал напарник, и, зайдя туда, он увидел, как Паз рассматривает ярко раскрашенное, почти в два фута высотой, скульптурное изображение женщины с нимбом, в золотистом платье и красном плаще, держащей в одной руке меч, а в другой чашу, покоившуюся на пушечном стволе.