Анализатор как раз закончил, и на экране появился стек чисел. Хотя в серверном помещении было тепло, Пеннер почувствовал озноб.

— Господи Иисусе, — пробормотал он.

— Что такое? — немедленно среагировал шеф.

Кори таращился на экран как громом пораженный.

— Сэр, вы сказали, меньше часа. До чего именно?

— До того как «Британия» врежется в Каррион-Рокс.

Компьютерщик судорожно проглотил ком в горле.

— А если не получится, каков запасной план?

— Тебя не касается. Давай дальше.

— Стандартно используется криптография на основе эллиптической кривой. Новейшая штуковина. Клиент с тысяча двадцати четырехбитным публичным ключом и сервер с пятьсот двенадцатибитным симметричным ключом.

— И что? — спросил начальник. — Сколько времени тебе понадобится?

В наступившей тишине Пеннер явственно услышал рокот корабельных двигателей, вой воды и ветра, мерные удары волн в носовую часть судна, на полной скорости мчащегося в открытом море. Эти звуки доносились сюда, в комнату без окон, даже несмотря на гул вентиляторов системы охлаждения.

— Пеннер! Проклятие! Говори сколько!

— Столько лет, сколько песчинок на всех пляжах мира, — пробормотал тот, поперхнувшись от сдавившего горло ужаса.

Глава 63

Глава 63

Сущность, не имеющая названия, двигалась в призрачной и мрачной пустоте. Субстанция принадлежала смутному метамиру, лежащему в сером пространстве между уровнем людей, обитающих на «Британии», и уровнем чистой мысли. Призрак не относился к миру живых существ. У него не было сознания и органов чувств. Он не слышал, не ощущал запахов, не осязал, не думал и ведал только одно — всепоглощающее желание.

Фантом брел по схожим с лабиринтами коридорам и переходам «Британии», медленно, будто на ощупь. Здешний мир был для него всего лишь тенью, нереальным пейзажем, неопределенной структурой, состоящей из мглы и безмолвия, которую надо преодолевать до тех пор, пока жажда не утолена. Время от времени призрак сталкивался с мутным свечением живых существ, но не реагировал на их беспорядочные движения. Они были так же иллюзорны для призрачной субстанции, как она сама для них.

Неким неясным образом странная сущность улавливала приближение добычи. Субстанция, подобно магниту, умела распознавать колебания ауры живых существ. По еле заметным следам призрак беспорядочно продвигался сквозь палубы, коридоры и стальные переборки, выискивая то, ради чего был призван, — поглотить, истребить, уничтожить добычу. Он жил в ином времени, чем остальной мир; для него время представало податливой паутиной, которую можно растягивать, разрывать, отбрасывать прочь. Сущность обладала упорством вечности.