— Это война, Авраам, — сказал он. — Война не людей, но именно люди будут сражаться и проливать свою кровь — хотя бы ради того, чтобы остаться свободными.
— Война… — продолжил он. — И вы — те люди, кто победит.
Исчезло все — вампиры в мезонине, Сьюард и серебристый сервиз… остался только Генри.
— Есть представители нашего вида, — сказал он. — Которые предпочитают спокойно жить в тени. Которые помнят и ценят то время, когда сами были людьми. Нам нужно только пища и забвение. Чтобы нести это бремя проклятой жизни, оставаясь в относительном мире с самими собой, убивать только если голод уже невыносим. Но есть и другие… те, кто чувствует себя львами среди овец. Как короли — хотят превосходить людей во всех отношениях. Зачем прятаться в темноте? Зачем бояться людей?
Этот конфликт начался задолго до возникновения Америки. Конфликт между двумя взглядами на вещи: одни считали, что необходимо сосуществовать с людьми, и другие, что жаждет видеть человечество в цепях — смирных, всегда готовых и покорных, как скот.
— Пятьдесят лет, — сказал Генри. — Мы делали все, чтобы предотвратить войну. Все задания, которые я посылал тебе — каждая из твоих жертв подталкивала нашу страну к кровопролитию, и все твои усилия — а также усилия Сьюарда и прочих — чтобы сдержать их. Но сегодня мы не можем контролировать это. Четыре недели назад уже случилась первая битва, здесь, на улицах Нью-Йорка.
Странные происшествия… невозможные подвиги…
— Наши враги сильны, — сказал Генри. — Они прочно обосновались на Юге. Объединились с людьми, которые теперь защищают рабство. Но эти люди будут обмануты в самом скором времени, они разделят судьбу негров. Если мы проиграем, Авраам, то превращение в рабов всех мужчин, женщин и детей Америки станет лишь вопросом времени.
Эйбу стало казаться, что он повредился головой после тех ударов.
— Вот почему, старый друг, мы не должны проиграть. Мы должны действовать вместе. Мы — вампиры, которые верят в права человека, — сказал Генри. — Мы — Союз… и у нас на тебя большие планы, старый друг.