И если вы желаете поделиться [с неграми] правом голосовать, работать конторскими служащими, заседать в жюри присяжных и прочими правами, то присоединяйтесь к мистеру Линкольну и его Черной Республиканской партии, главная цель которых — сделать негра гражданином.
И если вы желаете поделиться
правом голосовать, работать конторскими служащими, заседать в жюри присяжных и прочими правами, то присоединяйтесь к мистеру Линкольну и его Черной Республиканской партии, главная цель которых — сделать негра гражданином.
Эйб наносил Дугласу ответные удары с позиции моральных ценностей — например, с позиции (признавал он ее, или нет) пробаптистких взглядов своего отца.
Я согласен с судьей Дугласом — [чернокожие] не равны нам по многим аспектам — в частности, ни цветом кожи, возможно, ни моральным, ни интеллектуальным воспитанием. Но они имеют право есть хлеб, который заработали собственными руками, не спрашивая на это разрешения, и в этом они равны мне, и равны судье Дугласу, и равны каждому из нас.
Я согласен с судьей Дугласом —
не равны нам по многим аспектам — в частности, ни цветом кожи, возможно, ни моральным, ни интеллектуальным воспитанием. Но они имеют право есть хлеб, который заработали собственными руками, не спрашивая на это разрешения, и в этом они равны мне, и равны судье Дугласу, и равны каждому из нас.
Рис. 29. Мужчина и женщина (вероятно, вампиры) позируют у здания компании по проведению рабовладельческих аукционов. Атланта, штат Джорджия, незадолго до Гражданской Войны.
Рис. 29. Мужчина и женщина (вероятно, вампиры) позируют у здания компании по проведению рабовладельческих аукционов. Атланта, штат Джорджия, незадолго до Гражданской Войны.
Рис. 29. Мужчина и женщина (вероятно, вампиры) позируют у здания компании по проведению рабовладельческих аукционов. Атланта, штат Джорджия, незадолго до Гражданской Войны.
Все же, Эйб был сильно расстроен собственной неспособностью раскрыть истинное положение вещей — что Дуглас был слугой тех, кто собирается поработить человечество{38}. После дебатов в Чарльстоне, штат Иллинойс, Эйб выразил свое расстройство записью в журнале:
Сегодня в толпе много плакатов. «Равенство с неграми — зло!», «Америка — для белых!». Я смотрел в толпу… на этих глупцов. Этих глупцов, которые понятия не имеют, за какое добро они выступают. Глупцов, которые заявили о себе, как о людях божьих, но при этом не испытывают почтения к его Слову. Христиане поддерживают рабство! Рабовладельцы исповедуют добро и моральные ценности! Чем они отличаются от пьяниц, исповедующих трезвость? Шлюх, исповедующих воздержание? Я смотрю на глупцов, ведущих кампанию за собственную гибель, и меня охватывает неодолимое желание открыть им правду — с чем они на самом столкнулись. Представляю их реакцию! Представляю панику! О, если бы я мог произнести одно только слово: «Вампиры!». О, если бы я только мог указать на этого дородного коротышку{39} и показать весь его позор перед его же сторонниками! Показать, как глубоко он увяз в своем предательстве! Предательстве всего человечества! Как бы я хотел увидеть Дугласа и Бьюкенена в цепях — жертвами той системы, что они развивают.