- Как ты думаешь, Райс... то есть, Близзард, если бы я не был готов к дерьму в любую минуту, я сидел бы сейчас перед тобой? - Джои даже не спрашивает, что она имеет в виду. Дерьма за последние дни он навидался предостаточно, но ошибкой было бы думать, что это конец.

   - Меня утешает только то, что у власти кто-то из нас, а дом в любом случае - неприступная крепость. Пустая, - он видит, как она сглатывает, делая небольшую паузу, словно собираясь с силами. Ах, да, конечно, он, кажется, понимает, про что она. Точнее, про кого. - Но неприступная.

   - Откуда ты знаешь? Про то, кто у власти? - удивляется Джои.

   Близзард нежно проводит по плечу и усмехается. Гладит руку, ласково скользя пальцами сначала к локтю, потом обратно вверх. Джои кажется, что ещё чуть-чуть - и она замурлычет от наслаждения, как кошка.

   - Старая дура не назвала бы меня "миледи", - говорит она.

   - Вот вылез бы ты оттуда - тогда бы и посмотрели, кто круче.

   Я просыпаюсь от этой странной фразы, которую кто-то произносит совсем недалеко от меня. На каминных часах раннее утро - для меня раннее утро, здесь и сейчас. Примерно десять. Джои. Приснилось, должно быть.

   Лена лежит неподвижно, и я обнаруживаю свою руку на её боку. Хочется скользнуть под гладкий шёлк и прикоснуться к телу. Просто для того, чтобы прикоснуться. Просто для того, чтобы почувствовать тепло тела не через ткань, а пальцами дотронувшись и впитав милый аромат её кожи. Мы были порознь целую вечность, и я не отпущу её ни на шаг даже на ночь. Не рискну.

   - Тихо, Близзард, - вдруг слышу её шёпот. - Только послушай. Лопнешь со смеху.

   Должно быть, настолько интересно, что она даже не шевелится, боясь спугнуть. Ну, конечно - Джои и Винс. Коридор второго этажа.

   - Человечье отродье, говоришь? Да что ты смог бы, не будь у тебя этих способностей? - презрительно произносит Джои.

   - Надо же, мы разговариваем с человечьей мразью - какой прогресс для лорда Близзарда, - беззлобно говорю я шёпотом. Будь я много лет всего лишь зеркалом предка в коридоре, то говорила бы сама с собой, а не только с тем, кто проходит мимо.

   - Тихо, - Лена прикладывает палец к губам. - Давай послушаем. Надеюсь, ты не будешь сильно переживать за всё то, что придётся услышать твоему человеку?

   - Он был волен уйти, - я должна ей это сказать, сама не знаю, почему. Хотя нет, знаю. Говорю не столько ей, сколько себе. - Я ему чуть не пинков надавала, чтоб он уходил. Тогда, когда мы кончали водителей.

   - Всего только глупый человек, - она закрывает мне рот рукой, и я затыкаюсь. Её пальцы восхитительно пахнут Божоле, или мне так кажется? Своей рукой прижимаю её ладонь к губам, и она не сопротивляется.