— Фотографию хотите? — медсестра посмотрела на Надю, и та кивнула головой.

Медсестра ткнула кнопку, и что-то загудело в недрах умной машины. Раздался непонятный стрекот, машина поднатужилась, и из расположенной сбоку щели, выплюнула небольшой, сантиметров десять на десять, снимок.

— Держите мамаша — медсестра протянула снимок.

В мельтешении пятен, Надежда пыталась угадать очертания малыша. Она повертела снимок и так и сяк. Ничего не разобрать. Она жалобно посмотрела на медсестру.

— Ну смотрите — медсестра развернула снимок — вот головка, вот ножки, вот тут сердечко…

И как только она это сказала, Надежда тут же рассмотрела все. С фотографии, улыбаясь, на нее смотрел ребенок. Ее ребенок, ее малыш…

Медсестра протянула салфетку, чтобы Надежда оттерла гель. С трудом, убрав остатки смазки, Надежда натянула футболку, и погладила рукой живот.

Медсестра улыбнулась на прощание, и вновь повернулась к аппарату, подготавливая его к следующему обследованию.

Надежда вышла на улицу. Несмотря на то, что увиденный сон казался уже чем-то далеким, Надежда все равно испытала странное облегчение, покинув стены женского отделения. Она уселась за руль и вновь достала из сумочки фото.

Первая фотография. А сколько их будет еще…

Детские забавы, первый звонок, выпускной, свадьба — большие и маленькие, радостные и не очень, — но эта навсегда останется для нее самой лучшей.

(Хей, детка — это лучший снимок в твоей жизни, не так ли?)

— Лучший снимок — прошептала Надежда, и, повинуясь внезапному порыву, поцеловала фотографию.

Теперь, когда все тревоги (или почти все) остались позади, она чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Ей хотелось кричать, чтобы все знали о том, как она счастлива. Надежда улыбнулась.

(Ты просто толстая, счастливая дурочка…)

Да, все так, она счастливая дурочка, и пускай кому-то это кажется смешным — Надежде было наплевать на все, теперь, когда у нее появилась цель, она почувствовала, что стала немножко другой, и маленькое фото в ее руках, было тому лишним подтверждением.

Надежда осторожно положила фотографию обратно. Нужно припрятать ее так, чтобы она преждевременно не попалась на глаза мужу.

Оставался еще один вопрос. Должна ли мама знать о ее маленьком секрете?

Надежда откинулась на сиденье. С одной стороны было бы нехорошо утаивать от нее радостную новость, но с другой… С другой стороны, как только мать узнает о том, что скоро станет бабушкой, тогда и небу станет жарко. И, конечно же, будущий папа тотчас же узнает о случившемся. Уж мама постарается. И тогда…

(О, что будет тогда, мы уже с тобой представляли…)