– Будь спокоен на этот счет, – журналист разжал пальцы и ракетница упала на щебень. – И поведай нам, как шлялся по городу в обличье идиота. Кстати, Дениска, я знал парочку твоих коллег по цеху. Вот только они переодевались не в грязное тряпье, а в белоснежные предметы дамского туалета.

– Крошиб Тармагурах! – прошипел Мальченко. – Не понимаю, как могу сдерживать в себе желание отправить тебя вслед за алкашом Петькой и редактором, которого я досыта накормил печатным словом?!

– Наверное, желание выговориться.

– О да! В течение пятнадцати лет мне приходилось прикидываться шлангом и делать вид, что мне интересны ваши муравьиные проблемы. Сегодня ровно в полночь я наконец-то займу положение, которое заслужил еще тогда, когда помог выбраться из могилы Привратнице Темного Мира Леерге! Ты случайно не в курсе, получил ли пьянчуга-прапор привет от нее?

– Гончаров, вся чушь, которую ты несешь, в психиатрии именуется шизофреническим бредом.

– Я не Гончаров! Детдомовец, судьбой которого так интересовался покойный Баглай, дожидается тебя в том мире, куда с подружкой сейчас отправишься! Поверь мне, свидание с ним будет для вас весьма неприятным и… Очень поучительным.

Тихонов смотрел в черный зрачок пистолета, а Мальченко – в глаза жертвы. Оба напрочь забыли про Ольгу, которая неожиданно бросилась Денисупод ноги. Сергей воспользоваться моментом, чтобы поднять ракетницу. Геройский рывок девушки закончился тем, что служитель Знича отшвырнул ее ударом ноги.

– Вы слишком цепляетесь за свою никчемную жизнь, – не сводя глаз с Сергея, Мальченко бережно вынул из нагрудного кармана маленький камень. – Ты должен увидеть это перед смертью! В нем начало и конец этого городка, альфа и омега всего сущего. Аркатронг Тармагурах!

Оба выстрелили одновременно. Тихонов нажал на курок с чувством сожаления. Не о том, что ракета выжжет Денису глаза, а о том, что ему не суждено увидеть, как будет корчиться враг.

Время обрело пластичность резины. Мгновения растянулись в вечность. Сергей ожидал мощного удара в грудь, но вместо этого его глаза обрели способность видеть полет пули. Она вылетела из ствола пистолета, но смогла преодолеть считанные метры, врезавшись в ослепительно-белую стену, выросшую на ее пути.

Тихонов увидел перед собой Артура Мамедова, который сильно изменился со времени их последней встречи. Парадный китель десантника сменил белый хитон, на складки которого черными волнами спадали расчесанные на пробор волосы. Легким движением руки Артур поймал горячий кусочек свинца, бросил его к ногам Сергея и улыбнулся.