Машина Джима стояла у края тротуара. Он открыл дверцу для Лейн, затем обошел машину спереди, сел за руль и вставил ключ зажигания. Но мотор не включил.

— Ты действительно выглядишь потрясно, — проговорил он.

— Я подумала, что в юбке будет слишком прохладно.

— Да ничего. Все в порядке. — Он немного помялся, потом спросил: — А ты это надела?

— Что надела?

— Сама знаешь.

Лейн усмехнулась.

— Разве не ты мне говорил, что определяешь такие вещи за версту?

— Да. Но свитер мешает. — Он потянулся к ней. Его рука обвилась вокруг ее шеи. Лейн повернулась к нему и поцеловала его. Рука Джима скользнула вверх, пальцы слегка взъерошили ей волосы, и он крепче прижал ее губы к своему приоткрытому рту. Другая рука скользнула по ее правой груди. — Да, — прошептал он, не отнимая губ.

— Счастлив?

— Да.

Это не имело ничего общего с легким, случайным прикосновением руки мистера Крамера. Джим гладил ее грудь через свитер и блузку и так больно сдавил сосок, что Лейн вскрикнула. Она оттолкнула его руку и высвободилась из его объятий.

— Достаточно, — прошептала она. — Поехали. Нам еще надо заехать за остальными.

— Да. Черт бы их побрал.

— Ты обещал вести себя хорошо, — напомнила ему Лейн.

— Помню, помню. Увидишь, я буду просто великолепен. Я так тебя люблю, Лейн.

— Или, во всяком случае, мое тело, да?

Сказав это, Лейн поняла, что сделала глупость. Джим терпеть не мог, когда из него делали сексуального маньяка.

«В конце концов, — подумала она, — он всего лишь грубоватый подросток».

— Я все люблю в тебе, — сказал он, совершенно на нее не обидевшись, — и мне бы хотелось тебя всю обцеловать.