— Это все Доминик?

Его губы чуть дрогнули в подобии улыбки — вышло горько.

— Можно и так сказать… — Он помолчал. — Но не только.

Он быстро поднялся, на мгновение встал передо мной, заглядывая в лицо, быстро поцеловал в лоб, выдохнул: «Прости…» — и вышел.

Только дверь продолжала медленно закрываться за его спиной.

А я сидела в кабинете одна, и внутри у меня все сжалось в один холодный комок, как будто впереди ждет что-то ужасное.

Наверное, меня долго не было, потому что Китти просунула голову в дверь и приподняла брови:

— Ты о'кей?

Я подняла на вампиршу невидящие глаза. Через мгновение она оказалась рядом:

— Что с тобой? Я не очень хорошо знаю вашу породу, но на тебе лица нет.

— Он, — я перевела дыхание, пытаясь собраться с мыслями, — он передо мной извинился. Понимаешь? — Я обернулась на нее, пытаясь донести всю ненормальность происходящего. — Шеф передо мной извинился. Знаю, звучит комично, но…

— Нет, — оборвала меня Китти, — не звучит. Я мало встречалась с Александром Дмитриевичем, но успела кое-что насчет него понять. Он нечасто извиняется, — она помедлила: — И выходил он тоже странный.

— Он будто попрощался со мной, — кажется, я всхлипнула. — Я не хочу, чтобы он исчезал, у меня и так никого не осталось! Может, дома расскажет…

Я прикусила язык. Слухи по НИИДу могут ходить какие угодно, но точно о нашем совместном житье никто не слышал. Китти осталась невозмутимой.

— Я не… — начала было оправдываться я, но вампирша качнула головой:

— Меня это не касается.

— Просто несколько странно жить с начальником…

— Ну, — лицо Китти было совершенно каменным, — я вот живу со своим начальником, и мне это ни капли не странно.

Увы, мне не удалось сохранить такое же бесстрастное лицо, как у нее.