— Да, мам, — сдался я. — Именно так.

— Я не должна была, — сказала она. — Было жарко, я очень устала, но все равно… я не должна была этого делать. Я хочу извиниться перед тобой.

Я снова почувствовал, как по щекам текут слезы. — Ничего мам. Это ведь было давно.

— Ты так и не прокатился, — прошептала она.

— Нет мам, — сказал я. — Я все же прокатился.

Она улыбнулась мне. Она выглядела, маленькой и слабой, совсем не похожей на ту злую, грузную женщину накричавшую на меня и давшую мне по шее, когда мы подошли к концу очереди. Быть может она заметила на себе чей-то взгляд, одного из тех кто тоже стоял в очереди — потому что я помню как она сказала- На что это ты уставился? — выводя меня из очереди, ведя под палящим солнцем держа за шкирку… но мне не было больно, она ударила меня совсем не сильно; и я был ей даже благодарен, за то что она увела меня от этой страшной громыхавшей высоченной конструкции, с кабинками на обоих концах, от этого вращающегося монстра.

— Мистер Паркер, вам действительно пора, — сказал сестра.

Я поднял руку мамы к губам и поцеловал ее.

— До завтра, — сказал я. — Я люблю тебя, мам.

— Я тоже люблю тебя. Алан… прости за все эти подзатыльники. Я не должна была этого делать.

Но она все же делала это. И я принимал это за должное. Это было нашим маленьким семейным секретом, что-то заложенное в генах.

— Увидимся завтра мам. Хорошо?

Она не ответила. Ее глаза снова закрылись, больше не открывшись. Ее грудь поднималась медленно и часто. Я отступил от кровати, не отводя от нее глаз.

Уже в коридоре я спросил медсестру, — С ней будет все в порядке? Правда?

— Нельзя сказать с уверенностью, Мистер Паркер. Она пациента доктора Нунализа. Он очень хороший специалист. Завтра, вы сможете сами поговорить с ним.

— А что вы думаете?

— Я думаю что с ней будет все нормально, — сказала сестра, ведя меня по коридору по направлению к лифту. — Она очень сильная женщина, и все обследования показали, что это был лишь легкий инсульт. — Она ненадолго замолчала. — Конечно ей придется кое-что изменить. Ее диету… стиль жизни…

— Вы имеете ввиду сигареты.

— О да. От этого тоже нужно отказаться. — Она говорила так, будто бы отказаться от этой привычки, для моей матери было также просто, как переставить вазу со стола в гостиной в холл. Я нажал кнопку, и двери лифта на котором я приехал, тут же открылись. В отсутствии посетителей, жизнь в Центральной больнице штата Мэн словно замирала.

— Спасибо за все, — сказал я.