— Знаете, я даже подумала о том, что Ки двигает буквы сама. Усилием воли.

— Телекинез?

— Наверное, это так называется. Только Ки может складывать из букв самые простые слова. Кот, пес.

— А что появлялось на холодильнике?

— В основном имена. Один раз — ваше. Один раз — вашей жены.

— Джо?

— Нет, полное. Джоанна. Роджетт — несколько раз. Джеред… Бриджет. Два последних обычно появляются вместе. Один раз выскочило Кито, — это слово она произнесла по буквам.

— Кито, — повторил я, подумав: Кира, Киа, Кито. — Имя мальчика, да?

— Да. На суахили оно означает драгоценный ребенок. Я это вычитала в моей книге детских имен. — Она посмотрела на своего драгоценного ребенка, и мы отправились к ближайшему мусорному контейнеру.

— Еще какие-нибудь имена были?

Она задумалась.

— Пару раз появлялся Рег. Один раз — Карла. Вы понимаете, что Ки прочесть-то этих имен не может, не то чтобы написать? Она спрашивала меня, что это за слова.

— А вам не приходило в голову, что Ки могла скопировать их из книги или журнала? Что она учится писать, используя буквы-магниты вместо карандаша и бумаги?

— Такое, конечно, возможно… — По голосу не чувствовалось, что она в это верит. Неудивительно. Я и сам не поверил бы.

— Я хочу сказать, вы не видели, как буквы двигались сами по себе по передней панели холодильника? — Я надеялся, что в вопросе не слышалось того нетерпения, с которым я ждал ответа.

Она рассмеялась довольно-таки нервозно:

— Господи, да нет же!

— Это все?

— Иногда люди из холодильника оставляют послания. «Привет», «Пока» или «Хорошая девочка». А вчерашнее я записала на бумажке, чтобы показать вам. Кира попросила меня об этом. Действительно, послание странное.

— Какое же?