– Потому что вам не было надобности на это идти. Учитывая все то, что я читала о вас раньше.

– Расскажите же, что вы читали, – попросил заинтригованный Тодд.

– Ну… вы ведь уже поняли, что я не пропускаю ни одной статьи о вас. Разумеется, из тех, что написаны по-английски. Хотя, конечно, если где-нибудь в «Пари матч» или «Штерне» появляется важное интервью с вами, я отношу его в бюро переводов.

– Неужели? Господи боже! Но зачем вам знать всю ту чушь, что я наговорил?

– Мне интересно, что вы думаете. И… иногда в иностранных журналах пишут про то, о чем американские умалчивают. Например, из одного такого журнала я много узнала… о вашей интимной жизни. О женщинах, с которыми вы встречались. Они там говорили о вас.

– О моей актерской игре, надеюсь?

– Нет… О других ваших… талантах.

– Вы шутите.

– И не думаю. А я была уверена, что все эти публикации вам известны. Мне даже казалось, что вы их просматриваете и даете добро на то, чтобы они появились в журналах.

– Если бы я читал всю дрянь, которой пичкают своих безмозглых читателей эти идиотские журналы…

– У вас не оставалось бы времени сниматься в кино.

– Видите, вы сами это понимаете… Но вернемся к статье. К той, где мои бывшие любовницы рассуждали о моих мужских талантах. Ведь именно на основании их слов вы решили, что история в «Инквайрер» лжива?

– Ну, они все рассказывали о том, что вы собой представляете в постели, и некоторые… некоторые остались не очень довольны… Однако ни одна из них и словом не обмолвилась, даже не намекнула на то, что…

– Что у меня маленький хобот.

– Да. Поэтому я и решила, что по этой части у вас все в порядке и у вас не было нужды отправляться в Монреаль и ложиться в эту клинику. Послушайте, может, оставим этот разговор? Или вы хотите, чтобы я, сгорая от смущения, выбросилась из окна?

Тодд расхохотался.

– А вы знаете, с вами очень поучительно беседовать.

– Поучительно? В каком смысле?

– В самом хорошем. От вас узнаешь много нового и интересного.

– Вы, конечно, понимаете, что все те выдумки, которые о вас распространяют сейчас, многих людей расстроили и встревожили.