Еще шаг. Его дыхание было прерывистым и неровным.

Еще шаг. Он не видел своих вытянутых рук, но знал, что его пальцы напряженно подрагивают, словно усики-антенны какого-нибудь насекомого.

Еще шаг. И тут он коснулся чьего-то тела. Чьей-то обнаженной кожи.

Ощущение было настолько неожиданным, а нервы Квинн-Рица были так напряжены, что он пронзительно, по-женски взвизгнул и отшатнулся назад, прочь от этого странного предмета, на который наткнулся в темноте. Споткнувшись о край невысокой платформы в центре комнаты, он грузно опустился на нее. Там он остался лежать, не в силах двинуться с места, трясясь от страха.

Размышляя, отчего он чувствует легкое покалывание в кончиках пальцев, соприкоснувшихся с этим странным предметом (или живым существом), он поднес свои руки ближе к лицу, хотя разглядеть хоть что-нибудь в этой абсолютной темноте было невозможно. Ему казалось, что его пальцы чем-то испачканы, или, может быть, к ним прилипла какая-то странная тонкая, как паутинка, материя. Он потер пальцы друг о друга — то, что прилипло к ним, легко скаталось и осыпалось.

— Кто там? — спросил он, пугаясь звука своего собственного дрожащего голоса.

Молчание. Еще более страшное, чем любой ответ.

Чье-то горячее дыхание легко коснулось его щеки. Он перекувыркнулся на невысоком помосте с неожиданным для его лет проворством, торопливо отползая на противоположный край, прочь от того неизвестного, кто наклонился над ним. Но вздох, раздавшийся над его ухом, заставил его столь же поспешно кинуться назад.

Мысли стремительно проносились в его голове. Те двое, что привели его в эту комнату, несомненно, могли войти в нее через высокую двойную дверь, находившуюся как раз за его спиной. Они могли зайти внутрь, как только погас свет, и неслышно передвигаться навстречу Квинн-Рицу, пока тот случайно не столкнулся с одним из них во тьме. Но ведь он не слышал ни единого звука, напоминающего легкий шум открываемой или закрываемой двери, и в кромешной тьме вокруг него не мелькнул ни единый луч света, который должен был проникнуть через приоткрытую дверь. Каким же образом его стражники могли оказаться здесь, рядом с ним? Он припомнил тот слабый терпкий запах, который он почувствовал, выглянув за дверь своего кабинета. Запах был удивительно знакомым. Но где, при каких обстоятельствах он уже ощущал его раньше, Квинн-Риц припомнить не мог. Где-то совсем близко раздался приглушенный смех. Затем до его щеки легонько дотронулась чья-то рука. Проведя по ней пальцами, словно желая приласкать, рука вновь отдернулась.