Квинн-Риц невольно вздрогнул и отпрянул назад. Кожа на коснувшейся его лица руке показалась ему жесткой и огрубевшей, словно это были пальцы старика. Он чувствовал, что после прикосновения на его щеке остался липкий след. Стирая эту клейкую грязь, оставившую длинный след на его лице, он почувствовал на своей ладони все ту же тонкую паутинку. Он с отвращением счищал ее со своих пальцев. Он повернул голову сначала в одну, потом в другую сторону. В полной темноте, непроницаемой для глаз, ему оставалось только положиться на все остальные чувства. Чутко прислушиваясь и следя за легчайшими переменами тока воздуха, он трясся от страха и сильнейшего нервного напряжения.

Ему показалось, что он различает какой-то новый, едва уловимый запах. Он втянул воздух сквозь расширенные ноздри — запах слегка усилился. Однако он ничуть не напоминал тот специфический легкий аромат диковинных терпких трав, который он ощущал раньше. Теперь на него волной накатывался неприятный запах сырости и плесени, словно доносившийся из далекого подземелья, где в застоявшемся, затхлом воздухе распространяется вонь от заросших грязью и грибком стен.

Резкая вспышка света вызвала сильную боль в глазах, привыкших к темноте, словно его стегнули тонким хлыстом по незащищенной глазной роговице.

Он съежился на своем ложе, закрыв лицо руками. Осторожно приоткрыв веки, он смотрел сквозь раздвинутые пальцы на расцвеченный пестрыми красками ярко светящийся прямоугольник высоко на стене. Это вспыхнул один из экранов, на котором была изображена рельефная карта острова. Неправильные, кривые линии, очертившие окруженный океаном клочок земли. Новая Гвинея. Яркие цвета карты вскоре потускнели, потом резкое изображение превратилось в нечеткое, расплывчатое цветное пятно на стене.

Поблекший экран на несколько секунд стал абсолютно белым, затем погас. Через несколько секунд на стене засветилась другая карта. Какая-то властная, неодолимая сила приковала взгляд Квинн-Рица к четкому контуру. Неужели?.. Да, конечно, это Бразилия. Там в прошлый раз была открыта золотоносная жила. Не «Магмой», разумеется. «Рудодобывающими».

Когда изображение сделалось менее ярким, Квинн-Риц обернулся, оглядывая комнату. Света, льющегося с экрана, было достаточно, чтобы разглядеть тех, кто был с ним в этом просторном белом зале. Но он с удивлением обнаружил, что, кроме него, в комнате никого нет.

И снова тьма.

Новая картинка появилась на стене. Он угадал, что на ней изображено, раньше, чем узнал искривленные пестрые линии ландшафта. Намибия. Именно там обнаружены богатейшие залежи урановой руды. Не «Магмой». Другой компанией. Он начал, наконец, понимать, что к чему.